+7(499)-938-42-58 Москва
8(800)-333-37-98 Горячая линия

Дело ЮКОСа: инвестиционный арбитраж слишком широко трактует свою компетенцию. Обзор решения Окружного суда Гааги (Старженецкий В.В.)

Содержание

Молния: Окружной суд Гааги постановил, что арбитраж не имел юрисдикции в отношении дела ЮКОСа (Bledso)

Дело ЮКОСа: инвестиционный арбитраж слишком широко трактует свою компетенцию. Обзор решения Окружного суда Гааги (Старженецкий В.В.)

Окружной суд Гааги постановил, что арбитраж в Гааге не имел юрисдикции в отношении дела ЮКОСа. Об этом сообщает агентство Bloomberg.

Окружной суд Гааги отменил историческое решение Постоянной палаты третейского суда, в 2014 году обязавшей Россию выплатить $50 млрд бывшим акционерам ЮКОСа.

Суд Гааги постановил выплатить России судебные издержки, понесенные в ходе разбирательства по искам, поданным в арбитраж экс-акционерами ЮКОСА.

Бывшие акционеры Жулики обжалуют сегодняшнее решение в апелляционном суде Гааги. Затем у проигравшей стороны будет еще возможность обратиться в Верховный суд Нидерландов.

Россия подала в гаагский суд три ходатайства, что соответствует числу истцов, добивающихся от Москвы компенсации. Это кипрский офшор Hulley Enterprises Limited, также зарегистрированная на Кипре компания Veteran Petroleum и офшор с острова Мэн Yukos Universal Limited. Все они связаны с Group Menatep Limited (GML) и вместе контролировали около 70,5% ЮКОСа.

Источники:

http://tass.ru/ekonomika/3222220

http://ria.ru/world/20160420/1415563590.html

Суд Гааги постановил оплатить РФ издержки по искам акционеров ЮКОСа

Суд Гааги постановил выплатить России судебные издержки, понесенные в ходе разбирательства по искам, поданным в арбитраж экс-акционерами ЮКОСА.

“Выплатить издержки, понесенные Российской Федерацией в ходе этих разбирательств и предварительно оцененные в 16801 евро”, — говорится в решении гаагского суда по каждому из трех ходатайств.

http://ria.ru/world/20160420/1415571582.html

Основания

Суд Гааги отменил решение арбитража о том, что Россия должна выплатить бывшим акционерам ЮКОСа 50 миллиардов долларов, так как РФ не ратифицировала договор к Энергохартии, на который ссылались истцы.

“Суд после изучения российского законодательства выяснил, что для привлечения российского государства к арбитражу по таким спорам необходимо наличие соответствующей правовой нормы, требующей одобрения (ратификации) парламентом России”, — говорится в разъяснении, опубликованном на сайте суда.

“Такой нормы не существует ни в более широком контексте, ни применительно к этому делу, так как российские законодательные органы не ратифицировали договор к Энергетической хартии.

Это означает, что положения статьи 26 данного договора не действуют на период временного применения договора.

Суд считает, что рассмотрение данного дела не входило в юрисдикцию членов арбитража”, — отмечается в документе.

http://ria.ru/world/20160420/1415587225.html

Решение суда Гааги дает основания снять арест с активов РФ

Решение суда Гааги по иску экс-акционеров ЮКОСа на 50 миллиардов долларов дает основания для снятия ареста с зарубежных активов РФ, но для этого еще необходимы другие судебные решения, сообщил источник, знакомый с ходом судебного разбирательства.

“Больше нет оснований для ареста, но еще предстоит много работы. В каждом конкретном случае необходимо решение суда“, — сказал собеседник агентства.

http://ria.ru/world/20160420/1415584068.html

Решение Окружного суда Гааги по делу ЮКОСа не снимает аресты с российских активов за рубежом, но дает основания требовать этого и может серьезно повлиять на позицию судов по “второй волне” исков к России, сообщает Минюст РФ.

“Само по себе решение не снимает аресты с недвижимого имущества и счетов (России за рубежом), но создает безусловные основания требовать отмены обеспечительных мер. В первую очередь, во Франции и в Бельгии”, — говорится в пресс-релизе Минюста.

“Кроме того, это решение Гаагского суда способно серьезно повлиять на позицию арбитров в делах так называемой “второй волны” (Luxtona, Yukos Capital), которые также подали иски на основании Договора к Энергетической Хартии. Решения о наличии юрисдикции у арбитражей по этим искам пока не вынесены”, — отмечает Минюст РФ.

http://ria.ru/world/20160420/1415618012.html

Не совсем по принятому судом решения, но по теме ЮКОСа и о том, что не стоит тащить на АШ высказывания всяких полупокеров.

Никаких замороженных выплат со стороны Франции по вертолетоносцам “Мистраль” нет, Париж полностью рассчитался с Москвой по контракту, сообщил РИА Новости в среду представитель ФСВТС.

На днях председатель Арбитражного третейского суда Москвы, президент Союза третейских судов и член общественного совета ФССП Алексей Кравцов в интервью журналу “Огонек” заявил, что по иску ЮКОСа под арестом якобы находится, в том числе, банковская гарантия на 23 миллиона евро, которую французы выдали “Рособоронэкспорту” при расторжении контракта на постройку кораблей.

http://ria.ru/world/20160420/1415605677.html

Помните, позавачера был вызвавший большое обсуждение материал Доколе? По делу ЮКОСа могут арестовать средства ФНБ

Так вот основывался он как раз на том интервью полупокера Кравцова. Впрочем, надо отдать должное камрадам, большинство в обсуждении отнеслись с бескрайним сомнениям к словам Кравцова.

Источник: https://AfterShock.news/?q=node/390116&full

Почему суд в Гааге поддержал Россию в споре о 50 млрд долларов ЮКОСа

Дело ЮКОСа: инвестиционный арбитраж слишком широко трактует свою компетенцию. Обзор решения Окружного суда Гааги (Старженецкий В.В.)

Юри Вендик Русская служба Би-би-си

Правообладатель иллюстрации Getty Image caption Потери бывших владельцев ЮКОСА арбитраж оценил в 50 млрд. Окружной суд решил, что арбитраж не имел права оценивать.

Россия одержала локальную победу над бывшими акционерами ЮКОСа: окружной суд Гааги признал неправомочным решение международного арбитража, два года назад обязавшего Россию выплатить 50 миллиардов долларов бывшим владельцам нефтяной компании ЮКОС.

Окружной суд Гааги решил, что Международная Постоянная палата третейского суда в Гааге (Permanent Court of Arbitration) не имела оснований рассматривать жалобу бывших акционеров ЮКОСА, представленных в суде тремя их фирмами, зарегистрированными на Кипре и острове Мэн.

Международный арбитраж в июле 2014 года решил, что российские власти незаконно отобрали ЮКОС у его владельцев.

Решение Окружного суда Гааги может быть обжаловано в апелляционной инстанции, а затем в Верховном суде Нидерландов.

Тим Осборн, глава компании GML Ltd. – бывшей Group Menatep Ltd., которой принадлежал контрольный пакет акций ЮКОСа – ранее сказал Би-би-си, что этот процесс может занять до двух лет.

Вопрос подсудности

Окружной суд, судя по информации из Гааги, согласился с доводами российской стороны о том, что на Россию не распространяется соглашение об арбитраже в рамках Договора Энергетической Хартии, так как Россия его не ратифицировала. На Договор Энергетической хартии ссылались бывшие акционеры ЮКОСа и опирался арбитраж в своём решении в 2014 году.

“Российская Федерация возражала против подсудности вопроса арбитражному трибуналу, собранному в Гааге. Арбитры отклонили возражения Российской Федерации.

Но теперь, сегодня, мы имеем решение голландского суда, расположенного в том же месте, где и арбитраж – этот суд аннулировал вердикт арбитров и постановил, что Российская Федерация не связана соглашением об арбитраже в рамках Договора Энергетической хартии, – сказал в среду журналистам голландский юрист Альберт Ян ван дер Берг, представляющий в судах Россию. – И причина в том, что Российская Федерация подписала Договор Энергетической хартии, но не ратифицировала его”.

Россия также доказывала, что Договор Энергетической хартии не касается случая ЮКОСа, поскольку он защищает права иностранных инвесторов, а владельцы компании таковыми не являлись.

“Три компании, которые выиграли арбитражное решение в суде – это известные компании Hulley Enterprises, Yukos Universal и Veteran Petroleum – являются офшорными компаниями, которые на самом деле контролируются российскими гражданами, поэтому суть спора – это спор между российским государством и российскими гражданами.

Договор Энергетической хартии, который был использован для подачи иска против России, создавался не для того, чтобы преследовать государство, которое имеет законные налоговые претензии к собственным компаниям”, – сказал ранее Би-би-си Андрей Кондаков, глава “Международного центра правовой защиты”, который координирует действия России во всех зарубежных тяжбах с бывшими владельцами ЮКОСа.

Арбитраж в 2014 году решил, что компании, зарегистрированные в странах Энергетической хартии (в данном случае на Кипре и острове Мэн), подпадают под определение инвестора в Договоре Энергетической хартии.

Последствия для других судов

Решение Окружного суда Гааги может быть обжаловано в двух инстанциях, и представители акционеров ЮКОСа намерены это сделать.

“Мы обжалуем это неожиданное решение Гаагского суда, и мы полностью уверены, что закон и справедливость восторжествуют”, – говорится в заявлении Тима Осборна для прессы.

Опираясь на решение голландского суда, Россия сможет доказывать свою правоту в других странах, где акционеры ЮКОСа после решения арбитража инициировали процесс конфискации российского государственного имущества. Это Франция и Бельгия, где были заморожены некоторые активы российских государственных структур, а также Великобритания, Германия и США.

“Последствия этого решения таковы, что компенсация больше не имеет юридической силы в Нидерландах, она не может быть взыскана, и она не может быть взыскана в 156 других странах мира, согласно договору о взыскании присуждённых арбитражом компенсаций, который называется Нью-Йоркской конвенцией 1958 года […] Так что, процесс взыскания должен быть остановлен во всём мире”, – уверен Альберт Ян ван дер Берг.

Юрист Каролин Лэмм из фирмы White&Case, представляющей Россию в федеральном суде округа Колумбия в США, заявила, что и этот суд должен отклонить их иск.

“Решение гаагского суда означает, что у арбитража не было основания судить по Договору Энергетической Хартии. Это означает, что суд в США должен прийти к выводу, что взыскание ему неподсудно, так как Российская Федерация не отказывалась от суверенного иммунитета”, – сказала Лэмм журналистам.

Другие доводы

Адвокаты, представлявшие Россию в Окружном суде Гааги, также доказывали, что многомиллиардные налоговые претензии, посредством которых власти обанкротили и отобрали ЮКОС, были начислены правомерно, поскольку владельцы компании занимались уклонением от налогов в особо крупных размерах.

Российская сторона доказывала, что и приватизация ЮКОСа в ходе залоговых аукционов была мошеннической.

Владельцы ЮКОСа и их представители все эти годы доказывали, что они действовали в рамках тогдашних законов. По их словам, так же действовали другие компании, но наказали только ЮКОС – избирательно и по политическим мотивам.

“Трибунал [третейский суд в Гааге] внимательно рассмотрел этот вопрос и пришёл к выводу, что это не был налоговый спор, это была экспроприация с применением налогов как орудия”, – сказал Би-би-си Тим Осборн на этой неделе.

В июле 2014 года Постоянная палата третейского суда в Гааге объявила о решении взыскать с России беспрецедентную сумму в 50 млрд долларов в пользу бывших акционеров ЮКОСа.

Кипрские фирмы Hulley Enterprises и Veteran Petroleum должны получить 39,9 млрд и 8,2 млрд долларов соответственно, а зарегистрированная на острове Мэн компания Yukos Universal – 1,8 млрд долларов.

Этими компаниями, по сведениям российской стороны в тяжбах, владеют бывшие топ-менеджеры ЮКОСа во главе с Леонидом Невзлиным.

Михаил Ходорковский официально отношения к этим тяжбам с российским государством не имеет.

Источник: https://www.bbc.com/russian/international/2016/04/160420_yukos_hague_russia_wins

Дело «ЮКОСа». Где Россия по-прежнему рискует

Дело ЮКОСа: инвестиционный арбитраж слишком широко трактует свою компетенцию. Обзор решения Окружного суда Гааги (Старженецкий В.В.)

20 апреля состоялось главное событие 2016 года в мире инвестиционного арбитража. Государственный суд в Гааге отменил решения о выплате $50 млрд, вынесенные против России в пользу акционеров «ЮКОСа»[1].

Инвестарбитраж создавался как неполитизированный инструмент разрешения споров между государством и инвестором, вложившим деньги на его территории, и сейчас суд Гааги ограничился исключительно решением вопросов юрисдикции, которых было достаточно для отмены скандального решения[2].

За пределами текста решения остались такие вопросы, как обвинения «ЮКОСа» в неуплате налогов, его акционеров — в совершении преступлений, банкротство и аукцион по продаже «Юганскнефтегаза» пустышке ООО «Байкалфинансгрупп», а также совсем недавний скандал — об авторстве арбитражных решений, приписываемых секретарю арбитров, партнеру Norton Rose Fulbright Мартину Валасеку.

В отличие от арбитров, занявших сторону акционеров «ЮКОСа», суд Гааги поддержал основные аргументы, выдвинутые Россией в рамках арбитражного разбирательства еще на стадии рассмотрения вопроса юрисдикции.

Согласился он и с новыми доводами, представленными уже в рамках оспаривания решений арбитров.

Определяющим стал вопрос о действительности положений Договора к Энергетической хартии (Energy Charter Treaty, ECT[3]), регламентирующих порядок разрешения инвестиционных споров с участием Российской Федерации.

«Всё или ничего»

Главный герой пьесы «Бранд» одного из основоположников «новой драмы» Генрика Ибсена готов был пожертвовать всем ради достижения своего идеала: «Всё или ничего». Делу «ЮКОСа» этот девиз также подходит как нельзя лучше, однако тут у этого выражения есть иное, исключительно правовое звучание.

Речь идет о толковании статьи 45(1) ECT о временном применении, а именно значения слов «to the extent that such provisional application is not inconsistent with its constitution, laws or regulations» (так называемое Limitation Clause).

По мнению арбитров, выраженному в частичных решениях от 30 ноября 2009 года, временному применению в споре с РФ подлежат все без исключения положения ЕСТ, включая и те, которые могут не соответствовать российскому праву. Суд Гааги не согласился с таким подходом. В пункте 5.

23 его решения отмечается, что Российская Федерация связана только теми положениями договора, «которые совместимы с российским правом». Речь идет именно о соответствии, «совместимости» (compatibility), а не о «непротиворечии». Эта тонкость особенно важна в контексте действительности арбитражной оговорки.

Роль заключения Асоскова

Приходя к выводу, что ЕСТ подлежит применению в части, соответствующей российскому праву, суд должен был определить действительность арбитражной оговорки, содержащейся в статье 26 ЕСТ, чтобы решить вопрос о юрисдикции. Особое место в решении уделяется экспертному заключению профессора МГУ и РШЧП, арбитра МКАС при ТПП РФ Антона Асоскова.

Суд Гааги посчитал достаточным согласиться с его выводами, что российское законодательство в рассматриваемый период не содержало норм, непосредственно позволяющих передавать инвестиционные споры против государства на рассмотрение международного арбитража.

Основы законодательства об иностранных инвестициях в СССР 1991 года и закон об иностранных инвестициях в РСФСР 1991 года прямо предусматривали, что инвестиционные споры подлежат рассмотрению в государственном суде, если иное не предусмотрено международными договорами.

При этом закон отдельно указывал, что споры об экспроприации подведомственны судам РСФСР. Суд также согласился с мнением Асоскова, что статья 10 закона РФ об иностранных инвестициях 1999 года не дает каких-либо оснований для разрешения инвестиционных споров в арбитраже, поскольку является бланкетной.

В результате суд Гааги пришел к выводу, что положение статьи 26 ЕСТ не соответствовало законодательству России, действовавшему как на момент подписания договора, так и после, когда развивался конфликт «ЮКОСа» с государством.

Значение ратификации

Россия подписала, но не ратифицировала ECT, но арбитры сочли, что это не важно. По их мнению, статьи 2 и 6 закона №101-ФЗ от 15 июля 1995 года о международных договорах РФ подразумевают, что подписывая ЕСТ, Россия, как и другие участники, дала согласие на временное, но обязательное применение договора.

Однако не вызывает сомнения тот факт, что определяющее значение для действительности того или иного соглашения о поощрении и защите инвестиций, содержащего арбитражную оговорку, к которым относится и ECT, имеет именно факт ратификации, который будет являться офертой на передачу будущих споров в арбитраж[4]. Гаагский суд тоже придерживается этой позиции.

Он указал, что арбитры не смогли дать правильную оценку пределам применения ЕСТ, установленным в статье 45 ЕСТ, и требованию о ратификации, предусмотренному в 39-й статье.

Основной вывод заключается в том, что в соответствии со статьей 5 101-го закона для придания юридической силы международному договору он должен быть ратифицирован — если требуется изменение российского законодательства.

Суд Гааги посчитал, что арбитры не уделили должного внимания принципу разделения властей и его значению для временного применения статьи 26 ЕСТ.

Судьи, напротив, обратились к экспертным заключениям бывшего председателя Конституционного суда РФ профессора Марата Баглая, профессора МГУ Сурена Авакьяна и профессора Кельнского университета, судьи ЕСПЧ Ангелики Нуссбергер, которые были представлены Российской Федерацией еще на ранней стадии арбитражного разбирательства.

В них разъясняется главенствующая роль российского парламента в ратификации международных договоров, и суд, соглашаясь с мнением этих экспертов, отмечает в пункте 5.84 решения, что наделение международных договоров обязательной юридической силой — это не что иное, как создание нового законодательства, что, безусловно, является эксклюзивным полномочием законодательной власти. Суд также поддержал мнение профессора Нуссбергер, не согласившейся с адвокатом «ЮКОСа» Владимиром Гладышевым в том, что по смыслу части 4 статьи 15 Конституции РФ все международные договоры России имеют абсолютный и безусловный приоритет над законодательством.

Последствия отмены

Основополагающий документ в сфере международного арбитража — Нью-Йоркская конвенция 1958 года — содержит в статье V(1)(e) положение, в соответствии с которым в признании и приведении в исполнение арбитражного решения может быть отказано в случае, если оно было отменено в месте арбитражного разбирательства (set aside at the place of arbitration). Ключевые слова в этом положении — это «может быть отказано». Так что риск приведения к исполнению решения арбитров по-прежнему есть.

Акционеры «ЮКОСа» особенно активны во Франции, о чем свидетельствуют многочисленные попытки ареста российского имущества. И именно эта страна известна своим крайне дружественным отношением к арбитражным решениям, в том числе и отмененным. Например, в деле Hilmarton[5] швейцарский суд отменил арбитражное решение, однако оно было успешно исполнено во Франции. Кассационный суд подтвердил решение нижестоящей инстанции, согласившись с доводом, что отмена решения в месте рассмотрения спора не является основанием для отказа в исполнении в соответствии с французским законодательством, и указал, что отмененное решение может быть исполнено, если оно не противоречит публичному порядку Франции. После Hilmarton было еще не менее известное дело Chromalloy[6], в котором решение, отмененное египетским судом, было признано в США, а впоследствии и во Франции.

Поэтому Россия должна быть готова к тому, что наряду с оспариванием решения суда Гааги акционеры «ЮКОСа» продолжат атаковать российские активы за рубежом. Правда, скорее всего, они будут ограничиваться только теми юрисдикциями, в которых ранее были признаны отмененные решения.

Будущее ЕСТ-споров

Решение суда Гааги добавило скептицизма в отношении перспектив ECT как со стороны инвесторов, так и со стороны государств. Этот документ содержит самое широкое понятие инвестиции, какое только встречается в международных договорах.

Именно поэтому появился, например, иск компании Petrobart к Киргизии, в котором истец посчитал, что его доход от продажи 200 000 т газового конденсата может считаться инвестицией.

В ближайшем будущем ожидается рассмотрение исков к Испании, связанных с инвестициями в возобновляемые источники энергии (их подано 27, один[7] арбитры уже отклонили, а всего подобных исков 39). Государства явно не были готовы к многочисленными претензиям, ЕСТ работает совсем не так, как предполагали авторы.

Несмотря на популярность защиты прав инвестора в арбитраже, механизмы разрешения инвестиционных споров еще крайне далеки от совершенства.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Примечания

[1] Всего в деле «ЮКОСа» было 6 решений: 3 частичных решения от 30 ноября 2009 года и 3 окончательных решения от 18 июля 2014 года

[2] См. пункт 5.98 решения
[3] Здесь и далее используются англоязычные названия, термины и понятия, общепринятые в инвестиционном арбитраже.
[4] В отличие от коммерческого арбитража, где обычно арбитражное соглашение содержится в основном договоре, в инвестиционных спорах чаще всего механизм разрешения закреплен в международном договоре, а для того, чтобы начать арбитражное разбирательство, от инвестора требуется заявить о своем согласии на использование этого механизма.
[5] Société Hilmarton Ltd v Société Omnium de traitement et de valorisation (OTV)
[6] Chromalloy Aeroservices v Arab Republic of Egypt
[7] Charanne B.V. and Construction Investments S.a.r.l. v. Spain (2012)

Источник: https://legal.report/author/delo-yukosa-gde-rossiya-po-prezhnemu-riskuet

Решение суда Гааги по ЮКОСу: $50 млрд и национальный суверенитет

Дело ЮКОСа: инвестиционный арбитраж слишком широко трактует свою компетенцию. Обзор решения Окружного суда Гааги (Старженецкий В.В.)

28 июля Арбитражный суд в Гааге опубликовал решение о взыскании с России в пользу бывших акционеров ЮКОСа более 50 миллиардов долларов. Данное решение имеет беспрецедентный характер и далеко идущие политические последствия, считает юрист Илья Ремесло.

Кратко напомним историю крушения ЮКОСа. В 2004 году российские власти, проведя налоговую проверку, выставили компании налоговые претензии на сумму более 700 миллиардов рублей.

При проведении проверки вскрылось, что ЮКОС создал схему уклонения от уплаты налогов с использованием “карманных” компаний, зарегистрированных в регионах с налоговыми льготами (Калмыкия, Мордовия, Эвенкия). Между ЮКОСом и данными компаниями заключались сделки по продаже нефтепродуктов, единственной целью которых была минимизация налоговой базы.

Учредители, счета в банках, расчеты — все это контролировалось самим ЮКОСом. Никакого экономического смысла в создании такой схемы не было, ее единственной целью являлся уход от уплаты налогов.

В связи с неспособностью компании рассчитаться по долгам в отношении нее было открыто банкротное производство, активы проданы на торгах, а сама компания была ликвидирована в 2007 году.

Акционеры ЮКОСа не согласились с таким исходом дела и предъявили к российским властям требования о компенсации стоимости компании и неполученной выгоды. Иск был подан тремя офшорными компаниями — бывшими акционерами компании ЮКОС, которым в совокупности принадлежало 70,5 % акций компании.

Иск акционеров основан на утверждении, что российские власти специально выставили налоговые претензии и организовали банкротство компании ЮКОС с целью ее экспроприации.

По мнению истцов, тем самым Россия нарушила обязательства, принятые в рамках Договора к Энергетической хартии: равное и честное отношение к инвестициям и их неприкосновенность, запрет на экспроприацию без возмещения стоимости.

Россия попала в ловушку подсудности

Но почему вообще Россия оказалась участником данного судебного процесса?

Претензии к России были основаны на так называемом Договоре к Энергетической хартии (ДЭХ).

Это документ, который предусматривает защиту и поощрение иностранных инвестиций в энергетику; свободную торговлю энергетическими материалами; свободу энергетического транзита по трубопроводам и сетям; сокращение неблагоприятного воздействия энергетического цикла на окружающую среду; механизмы разрешения споров между государствами или между инвестором и государством.

Россия подписала данный документ, однако не ратифицировала его — соответственно, для России он не имеет юридической силы.

Но как в таком случае суд мог рассмотреть спор, основываясь на данном документе?

Разгадка проста, она содержится в решении суда (пункт 15). Оказывается, 31 октября 2005 года состоялось предварительное слушание дела, в рамках которого стороны подписали соглашение, в котором выразили согласие на рассмотрение спора данным судом, а также предусмотрели, что спор будет разрешен в рамках ДЭХ.

По какой причине это было сделано? Ведь если бы не данное обстоятельство, то суд просто не состоялся бы: в соответствии с регламентом суда только стороны могут передать на его разрешение спор. Отказ от передачи спора на разрешение суда автоматически решал бы все вопросы.

Также обращает на себя внимание, что в суде Россию представляли иностранные консультанты западных юридических фирм. Но как можно иск к собственной стране на сумму 112 миллиардов долларов отдавать на откуп иностранцам? Какую ответственность они несут перед Россией за результат?

Кто принимал политическое решение об участии России в Гаагском арбитраже и кто нанимал иностранных консультантов — вот главный вопрос, которым следует озаботиться нашим властям. Потому что все остальное, что сделал суд, — лишь следствие.

Решение Гаагского арбитража сбросило маски западной “законности”

Само решение суда представляет собой удивительный текст, — смесь тенденциозного толкования фактов и нагромождения недопустимых доказательств.

Решение имеет объем более 500 листов и требует серьезного детального анализа. Тем не менее осветим наиболее вопиющие моменты.

Так, в рамках дела были допрошены свидетели истцов. Их показания легли в основу выводов суда о виновности российской стороны и наличия умысла на экспроприацию ЮКОСа.

Все свидетели либо имели отношение к ЮКОСу (были его руководителями либо акционерами), либо были откровенными антироссийскими деятелями (Илларионов). Более того, в рамках процесса допрашивались в качестве свидетелей бенефициары компаний — истцов: Дубов и Невзлин.

Как можно основывать решение на показаниях лиц, у которых имеется прямая заинтересованность в исходе спора? А ведь именно показания свидетелей позволили суду сделать вывод о том, что ЮКОС был целенаправленно атакован российскими властями с целью его экспроприации.

Так, Дубов, Невзлин и Илларионов дали в суде единогласные показания, что Путин лично участвовал в кампании против ЮКОСа. Илларионов заявил о якобы сказанной ему Путиным фразе: “Ходорковский сделал ошибки и плохо себя вел…Теперь пусть сам решает проблемы с моими друзьями…”.

Вызывает некоторое удивление, что со стороны России были вызваны свидетелями в суд только специалисты в области налогообложения.

Не было вызвано никаких свидетелей, которые могли бы предоставить показания, опровергающие показания свидетелей истцов.

На это неоднократно обращал внимание в решении сам суд: “Суд замечает, что ответчик не вызвал свидетелей, которые могли бы опровергнуть или ослабить показания свидетеля истца” (пункт 801).

Позиция защиты России строилась на так называемой доктрине “нечистых рук” истцов. Суть ее заключается в том, что истцы пытаются получить судебную защиту от последствий, возникших в результате преступных действий ЮКОСа. Однако суд сделал вывод, что данная доктрина не является общепризнанной частью международного права.

Также российская сторона ссылалась на то, что Европейский суд по правам человека в своем решении не нашел признаков экспроприации в действиях властей против ЮКОСа. Однако эта позиция также была отвергнута судом по причине того, что взаимосвязь дела в ЕСПЧ и данного дела не является прямой и факты, установленные ЕСПЧ, не являются обязательными для настоящего дела.

Таким образом, решение не основано на каких-либо документальных доказательствах, а главным образом представляет собой пристрастную оценку позиций сторон судом. 

Будет ли решение обжаловано или исполнено?

В соответствии с регламентом арбитража решение является окончательным. Однако у российской стороны остается шанс на обжалование решения в национальном суде Нидерландов.

Арбитражный закон этой страны предусматривает возможность отмены решения суда по мотиву нарушения “общественного порядка” (под которым подразумеваются базовые, общепризнанные нормы права и морали), а также нарушения норм арбитражного разбирательства.

В случае если решение будет оставлено в силе, под угрозой окажутся зарубежные активы России (деньги, имущество, ценные бумаги) — на них может быть обращено взыскание. Задолженность по решению суда должна быть погашена до января 2015 года.

Россия должна сделать выбор в пользу национальных интересов

Ранее, когда я разбирал перспективы иска Украины по Крыму, то сделал вывод: России необходимо делать стратегический выбор. Либо мы выбираем национальные интересы, и тогда для России должны существовать только национальное право и суды. Либо же, доверяя важнейшие вопросы на разрешение иностранных судов, Россия отдает в их руки свой суверенитет.

Решение Гаагского арбитража в очередной раз подтвердило правильность данной позиции. Совершенно очевидно, что Запад приберегал данный суд для России “про запас”, и неслучайно вынесение такого решения в период противостояния из-за событий на Украине. Когда санкциями страну не испугать, то лишь остается оказывать давление посредством решений политизированных судов.

Из этой истории руководство нашей страны должно сделать совершенно определенные выводы.

Необходимо разобраться, кто принимал политическое решение о передаче спора на разрешение Гаагского арбитража и кто будет нести ответственность за причинение многомиллиардного ущерба России.

Следует задуматься о том, насколько соответствует интересам России деятельность иностранных “консультантов” и не пора ли ее ограничить. Например, в Китае госкомпаниям официально запрещено пользоваться услугами американских консалтинговых компаний.

Что касается мер по защите от изъятия российской собственности за рубежом, то в такой ситуации могут помочь лишь встречные “асимметричные” меры — угроза конфискации собственности иностранных компаний тех государств, которые будут исполнять решение Гаагского арбитража. 

Источник: https://ria.ru/analytics/20140729/1018027198.html

«Обжаловать будем точно». Акционеры ЮКОСа отреагировали на решение суда в Гааге

Дело ЮКОСа: инвестиционный арбитраж слишком широко трактует свою компетенцию. Обзор решения Окружного суда Гааги (Старженецкий В.В.)

Окружной суд Гааги сегодня признал неправомерным решение международного арбитража, в июле 2014 года обязавшего Россию выплатить 50 млрд долларов бывшим владельцам нефтяной компании ЮКОС

Окружной суд Гааги сегодня признал неправомерным решение международного арбитража, в июле 2014 года обязавшего Россию выплатить 50 млрд долларов бывшим владельцам нефтяной компании ЮКОС. Суд постановил, что дело выходило за пределы юрисдикции Постоянной палаты третейского суда в Гааге, выносившей первоначальное решение по нему.

Как заявил «Новой газете» Тим Осборн, директор Group Menatep Limined (GML), представляющий акционеров ЮКОСа, решение будет обжаловано: «Мы сейчас изучаем решение, но точно будем обжаловать, поскольку считаем его неправильным».

«Суд постановил, что Россия не была связана Договором к Энергетической Хартии, поскольку Россия его подписала, но не ратифицировала (ранее Третейский суд в Гааге, вынесший решение о присуждении акционерам ЮКОСа 50 млрд долларов, постановил, что Энергетическая хартия, которую Москва подписала, но не ратифицировала, юридическую силу в России все равно получила, поскольку действовала и без ратификации – прим.ред.). Это удивительно, учитывая, что на момент подписания договора Россия настаивала на его временном применении, — отмечает Осборн. — Каждая юрисдикция, конечно, будет оценивать влияние этого решения в соответствии с собственными законами, однако это автоматически не отменяет различные процедуры для признания и приведения в исполнение (решения гаагского арбитража о выплате 50 миллиардов долларов – прим.), независимо от позиции голландских судов в странах, соблюдающих Нью-Йоркскую конвенцию 1958 года». 

В GML уверены, что по этому делу «закон и справедливость, в конце концов, восторжествуют».

«Это абсолютная победа Российской Федерации», — заявил Русской службе Би-би-си глава Международного центра правовой защиты, представляющего Россию во всех тяжбах с бывшими акционерами ЮКОСа, Андрей Кондаков.

Суть спора

Иск гибралтарской компании Group Menatep Limited против Российской Федерации Палатой был единогласно удовлетворен Постоянной палатой Третейского суда по арбитражному регламенту комиссии ООН по международному торговому праву в Гааге 28 июля 2014 года.

Согласно решению, Россия нарушила подписанную ею международную Энергетическую хартию, предназначенную для защиты инвесторов от экспроприации активов государством.

GML присудили компенсацию в сумме свыше 50 миллиардов долларов (сама GML оценивала свои потери в 114 миллиардов), что стало мировым прецедентом в такого рода делах.

События, предшествующие гаагскому решению, начались в 2003 году.

Лебедева и Ходорковского арестовывают, против ЮКОСа выдвигают обвинения в неуплате налогов, счета компании и ее «дочек» тоже арестовывают, налоговые органы и аудиторы отзывают свои прежние акты проверок по ЮКОСу, компанию планомерно банкротят, а основной нефтедобывающий актив — «Юганскнефтегаз» — на аукционе за цену вдвое меньше рыночной покупает неизвестная «Байкалфинансгруп».

Созданная за две недели до аукциона и зарегистрированная по адресу рюмочной в Твери (еще по этому адресу находились магазин сотовых телефонов, магазины продуктов, одежды и агентство по недвижимости. Офиса «Байкалфинансгруп» не было и в помине), компания с уставным капиталом в 10 000 рублей умудрилась внести для участия в торгах задаток в 1,77 миллиарда долларов.

Через три дня после аукциона 100% доли в уставном капитале таинственной «Байкалфинансгруп» купила государственная «Роснефть» за 10 000 рублей. А еще спустя несколько дней президент Путин заявит, что владельцами «Байкалфинансгруп» являются «физические лица, которые долгие годы занимаются бизнесом в сфере энергетики». Правда, кто именно, не уточнил.

Спустя два года, в феврале 2006 года, Путин охарактеризует аукцион так: «По поводу «Байкалфинансгруп» все очень просто. Вопрос решался не в административной плоскости, не в плоскости репрессивной, а в правовой. И будущие собственники должны были подумать о том, как они будут работать; как, возможно, будут в судах отвечать на иски, которые могут быть им предъявлены».

К этому моменту Путину уже было направлено уведомление и исковое заявление о возмещении ущерба, нанесенного российскими властями GML из-за атаки на ЮКОС. Отправителями были компании Yukos Universal и Hulley Eneterprises (через них GML владела 51% ЮКОСа, Ходорковский незадолго до этого передал свою долю в GML Невзлину).

Ущерб заявители оценивали не менее чем в 28,3 миллиарда долларов, копию иска направили в Третейский суд Гааги. Вскоре к заявителям присоединяется учрежденный Yukos Universal пенсионный фонд Veteran Petroleum, владевший еще 10% ЮКОСа, и сумма претензий увеличилась до 33,1 миллиарда.

GML еще несколько раз пересматривала сумму, к 2010 году она выросла до 100 миллиардов долларов.

Директор GML Тим Осборн объяснял это тем, что эксперты, проанализировав, как за эти годы выросла стоимость нефти и акций нефтяных компаний, а также российский фондовый индекс, пришли к выводу, что если бы ЮКОС не попал под атаку, то доля GML в компании в 2010 году стоила бы больше 100 миллиардов.

В своем иске GML ссылалась на условия Энергетической хартии, которую с 1991 года подписало 51 государство, в том числе Россия. Статья 26 этого соглашения защищает инвестиции в энергетический сектор, запрещает дискриминацию, нечестное и пристрастное судопроизводство.

Россия, отмечалось в иске, нарушила эти требования, разоряя ЮКОС при помощи избирательного применения законов, что привело к незаконной экспроприации имущества компании. Юристы российского правительства — и это очень важно —  не пытались оспорить правомерность разбирательства в Гааге.

Да и Третейский суд постановил, что Энергетическая хартия, которую Москва подписала, но не ратифицировала, юридическую силу в России все равно получила, поскольку действовала и без ратификации. И в 2009 году процесс в Гааге начался. Одним из моментов разбирательства стала та самая история с «Байкалфинансгруп».

— Вам нужно убедить нас, что «Байкалфинансгруп» не была фиктивной компанией. Это и есть ваша задача, — обращался во время заключительных прений председатель арбитража к адвокату от России.

Международные юристы из фирмы Cleary Gotlieb и Baker Botts, нанятые правительством РФ для разбирательства в Гааге, пытались доказать, что «Байкалфинансгруп» была связана с «Сургутнефтегазом», а не создана для того, чтобы государственная «Роснефть» могла по низкой цене приобрести главный нефтедобывающий актив ЮКОСа. Юристы GML из французской фирмы Shearman & Sterling возражали: даже если принять теорию ответчика, что «Байкал» прикрывал «Сургутнефтегаз», факты говорят об обратном — «Байкал» обслуживал интересы государства, а участие «Сургута», компании, известной своей «дружбой с Кремлем», объясняется необходимостью скрыть интересы государства в аукционе по «Юганскнефтегазу».

Через день после аукциона «Роснефть» запросила разрешение ФАС на покупку «Байкала» и получила одобрение менее чем за сутки. Вряд ли «Байкал» рисковал потерять задаток в 1,77 миллиарда, не заручившись поддержкой дальнейшего финансирования, отмечали истцы.

Ответчики спорили: доказательств участия «Роснефти» в капитале «Байкала» до аукциона нет, у «Сургута» было достаточно средств, чтобы помочь внести задаток за «Юганскнефтегаз», но недостаточно, чтобы оплатить всю покупку, не прибегая к заимствованиям на международных рынках капитала.

Но вот беда — выход на них оказался закрыт прямо перед аукционом, когда суд по банкротствам Южного округа штата Техас по обращению ЮКОСа наложил временный запрет на операции с его акциями, а западные финансовые организации отказались кредитовать российские компании, связанные с приобретением активов ЮКОСа.

Помощь пришла от «Роснефти», которая вот так вот просто согласилась купить «Байкал».

Итог: выслушав доводы сторон, изучив роль «Байкалфинансгруп», время и способ покупки «Юганскнефтегаза», Третейский арбитраж в июле 2014 года решил, что «аукцион по продаже «Юганскнефтегаза» был сфальсифицирован».

«Доказательства, связывающие «Байкал» с «Сургутнефтегазом», не снимают подозрения, что «Байкал» был создан средствами ответчика, чтобы облегчить покупку «Юганскнефтегаза» государственной «Роснефтью»… Проведение аукциона объяснялось не намерением собрать не уплаченные ЮКОСом налоги, а желанием государства приобрести самый ценный актив ЮКОСа и обанкротить компанию. «Фактически это была изощренная и просчитанная экспроприация «Юганскнефтегаза» ответчиком».

В ноябре 2014 года Россия подала в Окружной суд Гааги ходатайство об отмене решения третейского арбитража. Весной-летом 2015 года бывшие владельцы ЮКОСа начали процедуру взыскания присужденных им денег в судах стран Европы и США.

В июне того же года в Бельгии и Франции по их иску были арестованы счета российских учреждений, в том числе счета диппредставительств. Через неделю арест счетов был разблокирован.

На прошлой неделе во Франции произошел скандал с арестом активов, связанных с Роскосмосом, однако суд первой инстанции встал на сторону России.

С помощью кого защищалась россия

Для защиты своих интересов по делу о $50 млрд и для оспаривания решения Гаагского арбитражного трибунала в США и Европе Россия наняла американскую юридическую компанию White&Case. Координатором же всех юридических действий по защите российских госактивов от притязаний бывших акционеров ЮКОСа является автономная некоммерческая организация «Международный центр правовой защиты».

Shearman & Sterling, представляющая бывших акционеров ЮКОСа, заявляла, что изучает своих соперников по судебному процессу — White & Case — на предмет потенциального конфликта интересов.

Дело в том, что в конце 1990-х — начале 2000-х эта фирма представляла ЮКОС в течение нескольких лет, тщательно проверяла его и пришла к выводу, что все абсолютно законно.

По мнению юристов, привлеченных GML, White & Case может обладать информацией, которая может быть использована в нарушение профессиональной этики.

«Видимо, Россия предложила так много денег, что пришлось изменить мнение и закрыть глаза на профессиональную этику», — заявлял ранее СМИ один из акционеров нефтяной компании Леонид Невзлин. Как он предполагает, последние дела — например о якобы «незаконности» приватизации ЮКОСа Следственный комитет России возбуждает по совету именно компании White&Case.

Как ранее заявил «Новой газете» Тим Осборн, пассаж о незаконности приобретения ЮКОСа уже упоминался в заявлении России на процессе по иску акционеров ЮКОСа, но был отклонен арбитражным судом Гааги в том же июле 2014 года.

«Тот факт, что Российская Федерация в настоящее время пытается утверждать, что ЮКОС якобы был куплен в результате мошеннических аукционов, смешон, — заявил Осборн.

— Эти аукционы проводились самим государством и контролировались российскими судами и правоохранительными органами!».

Источник: https://www.novayagazeta.ru/politics/72772.html

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.