+7(499)-938-42-58 Москва
8(800)-333-37-98 Горячая линия

Отдельные правовые особенности возникновения залога в результате ареста имущества (Михеева И.Е.)

Содержание

Имущество попало в судебный залог. Аргументы против его сохранения при банкротстве должника

Отдельные правовые особенности возникновения залога в результате ареста имущества (Михеева И.Е.)

Изменения ст. 334 ГК РФ в рамках реформы гражданского законода- тельства  привели  к возникновению нового вида залога, который возникает из ареста.

Так, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом (ст. 174.

1 ГК), обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, в соответствии с которым требования такого лица были удовлетворены (п.  5  ст.  334  ГК).

В профессиональном сообществе данный вид залога уже успели окрестить «арестантским», однако, пожалуй, это не самое благозвучное название. Поэтому мы обо- значим его как «судебный» залог. В прак- тике уже встал вопрос о том, сохраняют- ся ли возникшие права залогодержателя  в банкротстве должника, учитывая специ- фику норм этого института.

Одним из последствий введения в отношении должника процедуры наблюдения является приостановление процедуры исполнительного производства и снятие ранее наложенных арестов (ст. 63 Фе- дерального закона от 26.10.2002 №  127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; далее  —  Закон  №  127-ФЗ).

Исключение составляет арест, который был наложен   в качестве обеспечительных мер (п. 7 поста- новления Пленума ВАС РФ от   23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах прак- тики применения Федерального закона “Об исполнительном производстве”»; далее  —   Постановление  Пленума  ВАС № 59).

Однако и такой арест подлежит прекращению в связи с введением в отношении должника процедуры конкурсного производства (ст.  126  Закона  №  127-ФЗ). В связи с этим встает вопрос о том, сохра- няется ли судебный залог в банкротстве при отпадении основания его возникнове- ния, то есть  ареста.

На настоящий момент мнения юристов, практикующих в области конкурс- ного права, разделились. Одни считают, что залог как последствие наложения ареста в банкротстве должен прекращаться 1. Другие, — что судебный залог, однажды возникнув, с введением банкротства никуда не пропадает 2.

Вопрос о признании за кредитором зало- гового статуса в банкротстве является очень актуальным. Такой кредитор имеет при- оритет перед всеми остальными (незалоговыми) кредиторами должника в банкрот- стве и получает 70% от денежных средств, вырученных от продажи имущества, нахо- дившегося  в  залоге  (ст.ст.  18.1,  138 Закона № 127-ФЗ).

Таким образом, возникновение залога из ареста и его сохранение в банкротстве может оказать сильное влияние на практику дел о банкротстве и процесс их проведения. В судебной практике существуют две противоположные позиции по вопросу сохранения  судебного  залога  в банкротстве должника.

Подход первый: наблюдение в банкротстве не является основанием для прекращения судебного залога

В одном из дел суд отменил судебные акты нижестоящих инстанций и указал, что арест (залог), который возник в результате  наложения  обеспечительных  мер по иску, должен сохраняться при  введении в отношении должника наблюдения.

Суд установил, что арест на недвижимое имущество должника наложен не в ходе исполнительного производства, а в ходе процедуры судебного взыскания задолженности в качестве обеспечительной меры. Соответственно, отсутствуют поименованные в п. 1 ст.

63 Закона № 127-ФЗ осно- вания для снятия ранее указанного обре- менения (постановление АС Поволжского округа от 17.09.2015 по делу № А55- 27454/2014).

Суд в данном споре промолчал о том,  что произойдет с арестом и, соответственно, с залогом в дальнейшем. Ведь при введении в отношении должника конкурсного про- изводства снимаются аресты, наложенные по любому основанию, в том числе в рамках обеспечительных мер.

Данная  позиция  берет  свое   начало из разъяснений, которые были даны  ВАС РФ в Постановлении Пленума ВАС № 59. Так, в п. 7 данного постановления Пленум разъяснил, что  принятые  судами  меры  (в виде арестов и иных ограничений по рас- поряжению имуществом должника), направленные  на  обеспечение  иска,  сохраняются с даты вынесения судом определения о введении наблюдения.

Дальнейшее развитие судебной практики в данном регионе закрепило подход,   соглас-

  1. См., напр.: Тезисы Р. Сайфуллина к научному круглому столу Юридического института «М-Логос» по теме

«Проблемные вопросы новой редакции норм ГК РФ о залоге»: эл. версия. Режим доступа: http://www.m-logos. ru/img/Tezis_Saifullina_181114.pdf.

  1. См., напр.: Терещенко Т. А., Ганюшин О. Е. «Арестантский залог»: отдельные вопросы правоприменения // Закон. 2016. № 3. Также обсуждение этой темы см. на портале zakon.ru (https://zakon.ru/blog/2016/3/9/ zalog_v_silu_aresta_popytaemsya_razobratsya_s_nekotorymi_spornymi_voprosami).

но которому судебный залог в банкротстве не прекращается ни при каких условиях, включая  отмену ареста. При  этом  суды  указывают  на  то,  что   с момента вступления в законную силу решения суда о взыскании денежных средств по договору, который был обеспечен арестом имущества должника, у кредитора возникают права залогодержателя в отноше- нии спорного  имущества  в силу закона.

Данные права могут быть реализо- ваны в рамках дела о несостоятельности в порядке, установленном специальными положениями ст. 18.1, п. 5 ст. 138 Закона № 127-ФЗ (постановление 12ААС от 21.07.2016 по делу № А12-4283/2016).

В одном из дел суд апелляционной инстанции прямо указал, что принятие при- ставом постановления о прекращении аре- ста в рамках дела о банкротстве не является основанием прекращения права залога на недвижимое имущество, которое воз- никло на основании п. 5 ст. 334 ГК РФ. Право залога возникло у кредитора с даты вступления в законную силу решения суда о взыскании задолженности.

При этом, по мнению суда, отсутствуют обстоятельства, с которыми действующее законодательство связывает возможность прекращения права залога (постановле- ние 1ААС от 02.06.2016 по делу № А11- 9381/2015).

В другом деле банк, пропустив  срок на включение в реестр требований креди- торов, в рамках конкурсного производства обратился с заявлением о включении его требований в реестр с признанием за ним статуса залогового кредитора (п. 5 ст. 334 ГК).

Суд первой инстанции включил требования банка в реестр требований кре- диторов, а в признании за банком статуса залогового кредитора отказал. Апелляция отменила определение суда первой инстанции в части, признав за банком статус залогового кредитора (постановление 13ААС от 24.06.

2016 по делу № А42-7533/2014).

Подход второй:

закон о банкротстве является специальным, поэтому судебный залог  прекращается

Источник: http://www.yurlov.ru/bureau/press/110/

Должник спрятал имущество при помощи доверительного управления. Сможет ли кредитор обратить на него взыскание

Отдельные правовые особенности возникновения залога в результате ареста имущества (Михеева И.Е.)

– Можно ли наложить арест на предмет доверительного управления – Кто является обязанным по договору, заключенному во исполнение договора доверительного управления – Допустимо ли обращение взыскания на доходы от имущества, переданного в доверительное управление

Андрей Валерьевич Свиридов,  слушатель Российской школы частного права

Доверительное управление имуществом — один из крайне сложных институтов гражданского права, как с теоретической точки зрения, так и с практической. Доверительное управление рассматривается как действенный правовой механизм, позволяющий передавать имущество для управления лицам, способным достичь большего результата от его использования, чем собственник такого имущества.

При осуществлении доверительного управления должен соблюдаться паритет интересов: собственник нуждается в защите от злоупотреблений управляющего, а управляющий нуждается в достаточной свободе действий и гарантиях получения вознаграждения.

По общему правилу находящееся в управлении доверительного управляющего имущество не может служить объектом взыскания кредиторов учредителя, если только последний не был признан банкротом (ст. 1018 ГК РФ).

В этом случае доверительное управление прекращается, а находившееся в нем имущество включается в конкурсную массу для удовлетворения требований всех кредиторов учредителя.

Однако в жизни встречаются случаи злоупотребления данной договорной конструкцией для уклонения от обращения взыскания на имущество должника.

О том, какими способами в судебной практике можно справиться с подобным поведением должников, пойдет речь ниже.

Использование данных способов защиты на практике вызывает много вопросов правового характера, в том числе о целесообразности и эффективности использования того или иного способа защиты.

Модели доверительного управления имущества за рубежом

Вопрос об основных моделях управления имуществом в зарубежных правопорядках поможет выяснить, какую модель для себя выбрал наш правопорядок.

Это очень важный вопрос, так как российский законодатель сознательно дает учредителю управления экстраординарный, не совсем доступный для понимания иммунитет от принудительного обращения взыскания по долгам учредителя управления на имущество, переданное в доверительное управление.

Не ошибка ли это законодателя? Если же эта модель была придумана сознательно, то кого она защищает и зачем? Ответы на эти вопросы должны помочь разобраться в анализе текущих проблем судебной практики, связанной с применением п. 2 ст. 1018 ГК РФ, а также в возможности решения ряда важных практических вопросов.

Появлению института доверительной собственности мы обязаны англосаксонской правовой системе. Между тем следует отметить, что этой системе свойственно представление о расщеплении права собственности1.

Отличительная особенность англосаксонской модели доверительной собственности (trust) состоит в том, что при утрате права собственности учредителя управления права собственности приобретаются доверительным управляющим по общему праву (common law), а выгодоприобретателем — по праву справедливости (equity law). Соответственно, первый является обладателем так называемого legal title, а второй — обладателем equitable title2. При этом по их обязательствам нельзя будет обратить взыскание на имущество, переданное в доверительное управление, так как учредитель управления теряет право собственности на данное имущество, а остальные имеют разную по своим свойствам и по степени полномочий этих лиц собственность (такие как: право владения, господства над вещью, право личного пользования, право на управление, право на извлечение, право на капитал, право на иммунитет от экспроприации, право передавать вещь, бессрочный характер права собственности, обязанность не использовать вещь во вред другим, ответственность в виде взыскания вещи за долги, право на остаточный характер. Эти права направлены на защиту против всех, у каждого из которых есть обязательство не препятствовать к их осуществлению)3.

Однако для того, чтобы trust эффективно выполнял данную функцию, он должен отвечать ряду обязательных условий, в частности: имущество должно быть передано в доверительную собственность до момента возникновения конкретного обязательства; учредитель не должен иметь возможности прекратить существование траста в любой момент, то есть траст должен быть безотзывным. В то же время даже если траст полностью отвечает требованиям законодательства, кредиторы все равно могут доказать в суде, что между созданием доверительной собственности и принятием конкретного обязательства существует прямая связь. К примеру, если после передачи ликвидных активов доверительному собственнику учредитель начинает совершать нехарактерные для него действия, то суд может признать учреждение траста мошенническим действием, направленным на введение в заблуждение кредиторов4.

При этом в отечественной цивилистике прослеживается четкая установка: договор доверительного управления и договор о передаче имущества в доверительное управление (траст) не имеют между собой ничего общего5.

Вызывают непонимание причины установления в нашей модели защиты от обращения взыскания по долгам учредителя управления на имущество, принадлежащее учредителю управления, переданного в доверительное управление, при явном отличии и непримиримыми противоречиями континентальной и англосаксонской системы права.

В англосаксонской модели целью защиты имущества, переданного в траст, при переходе права собственности и господствовании системы расщепления прав на это имущество между доверительным управляющим и бенефициаром, было защитить собственников данного имущества, так как при обращении взыскания по долгам любого из них нарушалось бы право собственности другого.

При этом в нашем правопорядке наличие двух собственников на одно и то же имущество невозможно.

Да и вещные права на имущество без перехода права собственности с учредителя управления к доверительному управляющему осуществляются по представительской модели так же, как в Германии и Франции.

В то же время ни в Германии, ни во Франции у учредителя управления подобной защиты от обращения взыскания нет.

В Германии, не создавая самостоятельного института, а используя конструкции, построенные на основе существующих в правовой системе традиционных институтов и общих норм о ведении чужого дела (Geschaeftsbesorgung), выработаны две конструкции управления имуществом: по модели представительства и по модели доверительной собственности (Treuhandeigentum), отличающиеся друг от друга в вещно-правовом оформлении. В первом случае право собственности остается у учредителя управления, а управляющий выступает как его представитель по доверенности, в связи с чем кредиторы учредителя управления не ограничены в праве обратить взыскание на соответствующее имущество по его долгам. Во второй конструкции происходит перенос права собственности с учредителя управления на доверительного управляющего на определенный срок. Логичное следствие данного подхода – закрытие возможности для кредиторов учредителя управления по обращению взыскания на это – уже чужое – имущество6. Важно отметить, что отношения с выгодоприобретателем строятся исключительно на обязательственном правоотношении.

Во французской модели доверительного управления (la fiducie), имеющей обязательственный характер на основе трехстороннего договора, право собственности остается у учредителя управления. Выгодоприобретатель имеет право обязательственного характера на получение дохода от управления имуществом.

В то же время законодательное решение проблемы с банкротством учредителя управления в европейских странах совершенно другое. Так, например, и в Швейцарии, и во Франции имущество, переданное в траст, не может быть включено в конкурсную массу учредителя7. Но это не означает, что защиты у кредиторов в этом случае нет, так как обращаются права по этому договору доверительного управления.

По мнению С. И.

Ковалева8, отказавшись от англосаксонской и германской моделей при принятии гражданского кодекса, российские законодатели пошли по пути внедрения в российское право обязательственной конструкции доверительного управления имуществом, которая давно разрабатывалась французскими законодателями. Ее введение было обусловлено двумя моментами: 1) органическим неприятием института траста российскими юристами ввиду невозможности его введения в российское право в том виде, в котором этот институт существует в странах англо-американского права, без коренной ломки российской правовой системы в части модели права собственности, 2) большей защищенностью собственника передаваемого в доверительное управление имущества в связи с отсутствием переноса права собственности с учредителя управления на управляющего.

Международное регулирование и соответствующее концептуальное обобщение института доверительного управления имуществом нашло отражение в положениях Гаагской Конвенции 1985 года «О праве, применимом к трастам и об их признании», закрепившей модель, при которой имущество остается в собственности учредителя управления, но уходит из под его власти (п. 2.1.). Между тем Конвенция не оговаривает возможность или отсутствие таковой на обращение взыскания на имущество траста кредиторами учредителя.

Между тем Л. Ю. Михеева, рассуждая на тему причин включения законодателем абз. 1 п. 2 ст. 1018 в ГК РФ, посчитала ее неразумной в связи с тем, что обращение взыскания на имущество, переданное в доверительное управление по долгам учредителя управления, должно быть допустимым во всех случаях, и это должно повлечь прекращение договора9.

Нельзя обратить взыскание по долгам учредителя управления на имущество, переданное в управление

В судебной практике наличие запрета в п. 2 ст.

1018 ГК РФ (обращение взыскания по долгам учредителя управления на имущество, переданное им в доверительное управление, не допускается, за исключением несостоятельности (банкротства) этого лица) объясняется тем, что он установлен законодателем в целях соблюдения особого правового режима имущества, переданного в доверительное управление.

Между тем это вступает в грубое противоречие с той обязательственной конструкцией, что имеет место в нашем правопорядке, а также с совсем другим пониманием собственности, чем в англосаксонской правовой системе. Никакого особого режима, как в модели классической доверительной собственности (trust), по нашему мнению, здесь нет.

Возможно, законодатель тем самым хотел защитить права доверительного управляющего, так как лишенный имущества, служащего объектом управления, он не сможет осуществлять возложенные на него договором обязанности.

Целесообразней было предоставить защиту доверительному управляющему в форме взыскания упущенной выгоды при обращении взыскания на имущество, переданное в доверительное управление, как если бы учредитель управления передал бы чужую вещь, а потом ее собственник истребовал бы эту вещь назад.

Между тем гарантия защиты прав кредиторов является основой эффективного функционирования договорных обязательств. В противном случае не исключены ситуации, когда злоупотребления со стороны должников станут обычной практикой и фактически парализуют исполнение договоров.

Необходимость тщательной регламентации защиты прав кредиторов учредителя доверительного управления имуществом предопределена его особенностью, заключающейся в следующем: имущество, переданное в доверительное управление, составляет отдельный фонд и обособляется от другого имущества учредителя управления, а также от имущества доверительного управляющего (п. 1 ст. 1018 ГК РФ).

Из проанализированной судебной практики по рассматриваемой проблематике можно выделить следующие подходы по разрешению практических вопросов.

Источник: https://www.arbitr-praktika.ru/article/111-red-doljnik-spryatal-imushchestvo-pri-pomoshchi-doveritelnogo-upravleniya-smojet-li-kreditor

Залог в силу ареста при банкротстве: проблемы законодательства и правоприменения

Отдельные правовые особенности возникновения залога в результате ареста имущества (Михеева И.Е.)

Алексей Юминов
Старший юрист Юридической компании «Правовой центр «Два М»

История вопроса

С 01.07.2014г. вступили в силу изменения в Гражданский кодекс РФ в части залогового права.

В частности, введен пункт 5 статьи 334 ГК РФ следующего содержания:

“Если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом (статья 174.1), обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены”.

Исходя из изложенного, в настоящее время, согласно гражданскому законодательству, залог возникает по трем основаниям:

1) из договора;

2) из закона (например, залог строящегося объекта и земельного участка в пользу участников долевого строительства, залог товара при его продаже в кредит и т.д.);

3) из ареста (запрета на распоряжение имуществом).

Допустимость нормы о залоге в силу ареста может быть легко обоснована не только ссылкой на опыт европейских стран, откуда данный институт был заимствован, но и сходством таких отношений с залогом.

Сам по себе залог также является несправедливым, поскольку приводит к обособлению части имущественной массы в пользу одного “сильного” кредитора (в 99% случаев – банка), выторговавшего такие условия в ходе переговоров, при отсутствии согласия остальных кредиторов.

В дальнейшем залоговый кредитор имеет приоритет в деле о банкротстве и вправе претендовать на 70-80% стоимости обособленного имущества, а другие кредиторы лишаются того, на что они могли бы рассчитывать при отсутствии залога.

Следовательно, залог порождает исключение из принципа равенства конкурсных кредиторов.

Залог в силу ареста отличается от изложенной ситуации лишь тем, что “силу” кредитору придают не переговорные возможности, а его активная позиция в судебном разбирательстве или исполнительном производстве.

Существо же остается тем же – действует принцип “право защищает активных”, т.е.

“успеть” быстрее других наложить арест должно влечь те же последствия, что и “успеть” первым добиться согласия должника на залог его имущества.

Таким образом, воля законодателя очевидна и заключается в том, чтобы наложение ареста влекло за собой возникновение залога.

Когда возникает арест в силу закона?

Анализ законодательства показывает, что запрет на распоряжение имуществом в пользу кредиторов возможен в следующих случаях:

  • при принятии судом обеспечительных мер в рамках гражданского или арбитражного дела (гл. 8 АПК РФ, гл. 13 ГПК РФ);
  • при принятии судом мер по обеспечению исполнения судебного акта (ст. 100 АПК РФ);
  • при наложении судебным приставом-исполнителем ареста, введения ограничения распоряжения имуществом (ст. 68 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ “Об исполнительном производстве”).

Наиболее распространенный вопрос, связанный с применением данной нормы, касается того, может ли арест, накладываемый судебным приставом-исполнителем, приводить к возникновению залога.

Сомнения могут возникать по двум причинам:

1) в п. 5 ст. 334 ГК РФ сказано, что залог возникает с даты вступления в силу решения суда, однако судебный пристав-исполнитель накладывает арест уже после вступления такого решения в силу, на стадии его исполнения, т.е. из буквального толкования получается что арест возникает “задним числом”;

2) с психологической точки зрения, достаточно сложно придавать распоряжениям пристава силу, дающую столь значимые преимущества одним кредиторам перед другими.

В п. 5 ст. 334 ГК РФ не уточняется, какой именно арест приводит к возникновению залога, однако имеется отсылка к ст. 174.1 ГК РФ, в которой речь идет о “запрете на распоряжение имуществом должника, наложенном в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица”.

Более того, в п. 94 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.

2015 N 25 “О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации” указано, что положения пункта 5 статьи 334 ГК РФ следует понимать таким образом, что право на иск об обращении взыскания на арестованное имущество возникает не ранее даты вступления в силу решения суда.

Для ареста, наложенного судом или судебным приставом – исполнителем, такой датой считается дата наложения ареста, а в отношении имущества, права на которое подлежат государственной регистрации, – дата внесения в соответствующий государственный реестр записи об аресте.

Другими словами, в данном случае Пленум ВС РФ переформулировал неудачную редакцию п. 5 ст. 334 ГК РФ и сказал, что залог возникает не с даты вступления в силу решения, а не ранее такой даты (т.е., возможна и ситуация, когда он возникнет позже этой даты)

Следовательно, судебная практика напрямую закрепляет возможность возникновения залога на основании актов судебного пристава-исполнителя об ограничении распоряжения имуществом. В случае ареста недвижимости право залога возникает с момента его регистрации в ЕГРП.

Залог в силу ареста и банкротство

Изучение еще лишь начавшей формироваться судебной практики показывает, что позиции арбитражных судов округов по вопросу включения в реестр требований кредиторов, в пользу которых наложен арест, как залоговых разошлись.

Источник: http://www.2m.ru/analitika/blog/item/zalog-v-silu-aresta-pri-bankrotstve

Имущество на которое наложен арест не может быть предметом залога

Отдельные правовые особенности возникновения залога в результате ареста имущества (Михеева И.Е.)

Гражданский кодекс РФ определяет в ст. 336, что предметом залога может быть различное имущество, включая вещи и имущественные права, если только данное имущество не относится к категории, на которую не допускается обращение взыскания.

В этой статье мы рассмотрим, как обратить взыскание на имущество, являющееся предметом залога по кредиту физического лица и какие факторы при этом необходимо учитывать.

Наиболее часто при кредитовании физических лиц в качестве имущества, которое банк берет в залог, выступает автомобиль или объект недвижимости, принадлежащий заемщику.

Обращение взыскания на имущество, находящееся в залоге у банка, может быть как во внесудебном порядке, так и через суд. Если заемщик не исполняет или исполняет недолжным образом взятые на себя обязательства по кредиту, то для удовлетворения своих законных требований банк может обратить взыскание на имущество, которое по условиям договора является предметом залога.

Взыскатель незалогодержатель. Новые возможности

Проект статьи Практике хорошо известна одна из проблем, связанная с вопросом обращения взыскания на заложенное имущество – это случай обращения взыскания на заложенное имущество в рамках исполнительного производства в пользу взыскателя, который не является залогодержателем. Арбитражные суды до последнего времени не признавали такую возможность, так как, по их мнению, обращение взыскание на заложенное имущество возможно только на основании специального судебного акта – «обратить взыскание на…».

Несоблюдение порядка владения, пользования и (или) распоряжения имуществом, на которое наложен арест или обеспечительная мера в виде залога

» » » Налоговое законодательство предусматривает ряд мер, основаниями применения которых вступает понуждение субъекта уплатить подлежащие внесению в бюджет налоги.

Их жесткость всегда продиктована степенью недобросовестности налогоплательщика. В случае ареста, у этих лиц нередко остаются правомочия владения и пользования имуществом. Поэтому возможны ситуации, когда они нарушат наложенные ограничения.

Чтобы избежать таких случаев, закон устанавливает ответственность за несоблюдение порядка владения и пользования имуществом, находящимся в режиме ареста или обеспечительных мер. Она предусматривается ст. 125 НК. Чтобы разобраться с основаниями привлечения к ответственности, необходимо установить условия, обязательные для применения ареста.

Обращение «незалогового» взыскания на заложенное имущество

Постановление Пленума Верховного Суда № 50 от 17 ноября 2015 г.

Обращение взыскания в данном случае осуществляется с учётом правил продажи имущества, обременённого правами третьих лиц (пункт 1 статьи 353, статья 460 ГК РФ, статья 38 Закона об ипотеке), в том числе с извещением покупателя о том, что реализуемое имущество находится в залоге, и, соответственно, с сохранением залога при переходе прав на имущество от залогодателя – должника к покупателю.

На какое имущество не может быть наложен арест

Основанием для описи и ареста имущества является решение суда о взыскании задолженности.

Размер задолженности устанавливается с учетом взыскания расходов по совершению исполнительных действий, исполнительского сбора и штрафов, наложенных судебным приставом-исполнителем в процессе исполнения исполнительного документа (часть 2 ст.

69 Закона об исполнительном производстве). Нужно знать, что пристав делает запросы в налоговую, федеральную регистрационную службу и иные организации, чтобы понять, что вообще у должника есть.

ВС РФ: применение «арестного залога» не наделяет кредитора особым статусом в банкротном деле

Анонсы 23 августа 2018 Что изменилось в Законе № 223-ФЗ в 2018 году, вы узнаете на программе, разработанной совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца. 28 августа 2018 Лекторы: В. В.

Витрянский, Л. Ю. Михеева, А. В. Мазуров. Слушателям программы выдаётся удостоверение установленного образца! 9 марта 2017

В соответствии с действующими нормами гражданского законодательства, кредитор, в интересах которого наложен запрет на распоряжение имуществом должника, обладает правами и обязанностями залогодержателя.

При этом такие права и обязанности возникают у него с момента вступления в силу решения суда, которым были удовлетворены его требования ().

Имущество в залоге: арест невозможен

Нет, имущество, которое находится в залоге, не может быть арестовано налоговыми органами.

10 ст. 101 НК РФ). А как быть в ситуации, когда имущество, на которое налоговики хотят наложить арест, уже находится в залоге? Ответ на этот вопрос содержится в . По мнению налоговиков, НК РФ не предусмат­ривает каких-либо исключений из состава имущества, в отношении которого могут быть применены обеспечительные меры в виде запрета на его отчуждение (передачу в залог).

Арест имущества должника: какое имущество подлежит и не подлежит аресту, как составить ходатайство

» » » » Арест имущества должника судебными приставами – процедура довольно сложная и неприятная, ведь здесь важно четко следовать букве закона, чтобы не нарушить права и интересы обеих сторон.

О том, как нужно действовать должнику, если наложен арест на движимое или недвижимое имущество, какими статьями закона регламентируются действия приставов, а также, как осуществляется снятие ареста с имущества, мы расскажем в нижеприведенной статье.

Наложение ареста на имущество является одним из эффективных методов принудительного исполнения судебного решения о взыскании задолженности. Данная мера применяется в рамках исполнительного производства, возбужденного Федеральной службой судебных приставов России.

Отдельные правовые особенности возникновения залога в результате ареста имущества (Михеева И.Е.)

Правовое регулирование. Гражданским кодексом Российской Федерации не установлены специальные требования к обеспечиваемому залогом обязательству, таким образом, залогом могут обеспечиваться любые обязательства кредитора.

Вместе с тем залог традиционно преимущественно используется в банковских сделках, в частности при обеспечении исполнения обязательств заемщика по кредитным сделкам, а также принципала в рамках соглашений о предоставлении банковской гарантии.

Обеспечение залогом именно заемных обязательств было распространенным явлением и в России XIX века, в связи с чем в отдельных российских актах, таких как Соборное уложение и Вотчинный устав использовали понятие «кредитный залог», т.е.

Источник: http://csshelp.ru/imuschestvo-na-kotoroe-nalozhen-arest-ne-mozhet-byt-predmetom-zaloga-65591/

Правовые последствия наложения судебного ареста при банкротстве должника

Отдельные правовые особенности возникновения залога в результате ареста имущества (Михеева И.Е.)
29.08.2018

Согласно п. 5 ст. 334 ГК РФ, если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом (ст. 174.

1), обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредиторов или иного управомоченного лица были удовлетворены.

Таким образом, из данной нормы следует, что для возникновения права залогодержателя необходимо соблюдение двух условий: 1) наличие запрета на распоряжение имуществом, наложенного уполномоченным органом (суды, судебные приставы-исполнители); 2) удовлетворение требований, заявленных кредитором, в обеспечение исполнения которых был наложен запрет на распоряжение имуществом, принят судебный акт, вступивший в законную силу, которым требования были удовлетворены. При этом следует отметить, что в судебной практике выделяют еще одно обязательное условие, в совокупности с которым признается возникновение при судебном аресте прав залогодержателя, а именно: наличие обстоятельства распоряжения имуществом в нарушение запрета. Так, например, в Постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда указано, что “положение п. 5 ст. 334 ГК РФ применимо лишь при наличии обстоятельств распоряжения имуществом в нарушение запрета, в противном случае залог в силу указанной нормы не возникает” . ——————————–

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2015 N 17АП-2468/2015-ГК.

Верховный Суд Российской Федерации в своем определении высказал аналогичную позицию и, давая оценку положениям п. 5 ст. 334 ГК РФ, указал, что “…неотъемлемой частью приведенной нормы является отсылка при определении лиц, обладающих правами залогодержателя, к статье 174.

1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 2 которой регулирует последствия совершения сделки в отношении имущества, распоряжение которым запрещено в судебном или ином установленном законом порядке в интересах кредитора.

В соответствии с ранее действовавшим законодательством в ситуации, когда должник в нарушение ареста, наложенного на его имущество в пользу кредитора, отчуждал арестованное имущество третьему лицу, защита прав такого кредитора обеспечивалась посредством признания недействительной сделки по распоряжению имуществом и применением последствий ее недействительности.

Согласно же действующим положениям пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса соответствующая сделка действительна, что позволяет арестованному имуществу находиться в обороте.

Поэтому наделение кредитора правами залогодержателя по правилам пункта 5 статьи 334 ГК РФ обусловлено необходимостью защиты его прав, прежде всего, путем предоставления кредитору возможности обратить взыскание на арестованную вещь после того, как ее собственником стало другое лицо, которое знало или должно был знать о запрете (закрепление в отношении арестованного имущества принципа следования обременения за вещью)” . ——————————–

Определение ВС РФ от 27.02.2017 N 301-ЭС16-16279 (дело N А11-9381/2015).

Рассмотрим еще одну позицию судов. Арбитражный суд Московского округа относительно указанной нормы высказал следующее: “Пункт 5 ст.

334 ГК РФ, предоставляющий кредитору при наличии определенных условий право на иск об обращении взыскания на заложенное имущество, устанавливает лишь особый, индивидуальный и приоритетный порядок удовлетворения требований такого кредитора, в т.ч.

, и при совершении сделки с имуществом, в отношении которого объявлен запрет” . ——————————–

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.11.2016 N Ф05-17031/2016.

Разъяснения АС МО о том, что права залогодержателя при судебном аресте возникают как при наличии двух указанных в п. 5 ст. 334 ГК РФ условий, так и в совокупности с обстоятельством отчуждения арестованного имущества, несмотря на запрет, представляются более убедительными, поскольку соответствуют положениям ГК РФ, который указал два условия.

При этом признание факта отчуждения имущества, на которое наложен арест, как необходимого условия для возникновения прав залогодержателя, видится не основанным на законе в связи со следующим. 1.

Ситуации, при которых арестованное имущество отчуждается при наличии зарегистрированного (учтенного) ареста, практически невозможны, поскольку арест предполагает запрет на заключение любых сделок по отчуждению в отношении такого имущества. Для примера рассмотрим положения п. 4 ст. 80 Федерального закона от 2 октября 2007 г.

N 229-ФЗ “Об исполнительном производстве”, согласно которому арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости – ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества.

В частности, для имущества, возникновение права на которое связано с обязательной государственной регистрацией либо учетом, перерегистрация (учет) прав на другое лицо (не должника) не может произойти при аресте, поскольку орган, на который возложены обязанности по регистрации (учету), имеющий информацию об аресте, не вправе проводить такие действия. 2.

Представляется, что ссылка в п. 5 ст. 334 ГК РФ на ст. 174.1 ГК РФ предусмотрена для того, чтобы обозначить, что арест с имуществом связан так же, как и залог с имуществом при незаконном отчуждении, т.е. следует судьбе залога и не прекращается, за исключением указанного выше случая, что было подтверждено в п. 94 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г.

N 25 “О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации” (далее – Постановление Пленума ВС РФ N 25). ——————————–

Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 “О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации” // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2015. N 8.

3. В случае признания условия об отчуждении арестованного имущества, несмотря на запрет, как еще одного обязательного условия возникновения прав залогодержателя в силу п. 5 ст. 334 ГК РФ, у законодателя отсутствовала бы необходимость включения данного положения в ст.

334 ГК РФ, в которой указаны только основополагающие положения о залоге, учитывая в принципе незначительную возможность отчуждения арестованного имущества. Законодатель в п. 5 ст. 334 ГК РФ предусмотрел, что у лица, в пользу которого наложен арест, при наличии оснований, указанных в данной статье, возникает право залогодержателя.

При этом не указал, что в данном случае возникает залог, в связи с чем на практике возникает множество спорных ситуаций относительно объема прав такого залогодержателя.

Для изучения возникающих споров рассмотрим, какие из прав залогодержателя, предусмотренные действующим законодательством, могут принадлежать лицу, в пользу которого наложен судебный арест в рамках п. 5 ст. 334 ГК РФ.

Прежде всего отметим, что судебный арест может быть наложен только на имущество должника, следовательно, права залогодержателя у кредитора в силу ареста могут возникнуть только в отношении имущества такого должника, поскольку в отличие от обычного залога, при котором залогодержатель вправе обратить взыскание не только на имущество залогодателя – должника, но и на имущество, переданное в залог третьим лицом.

Особенности реализации преимущественного права
залогодержателя лицом, в пользу которого наложен арест

Сущность залога составляет преимущественное право залогодержателя (перед другими кредиторами) получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества .

——————————–

Примечание.
Монография М.И. Брагинского, В.В. Витрянского “Договорное право.

Общие положения” (книга 1) включена в информационный банк согласно публикации – Статут, 2001 (3-е издание, стереотипное).

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: общие положения. М.: Статут, 1988. С. 406.

Положения п. 5 ст.

334 ГК РФ позволяют сделать вывод о том, что лицо, в пользу которого наложен судебный арест, имеет право на удовлетворение своих требований преимущественно перед другими кредиторами, поскольку в отношении требования такого лица распространяется правило об очередности удовлетворения такого требования в соответствии с положениями ст. 342.1 ГК РФ в зависимости от момента возникновения каждого залога . ——————————–

Михеева И.Е. Арест имущества как основание возникновения залога // Хозяйство и право. 2016. N 6. С. 118.

Соответствующее разъяснение было дано в п. 94 Постановления Пленума ВС РФ N 25, где указано, что в случае если права и обязанности залогодержателей принадлежат нескольким лицам, то в силу п. 1 ст. 342 ГК РФ требования залогодержателей удовлетворяются в порядке очередности, определяемой по дате, на которую соответствующий залог считается возникшим.

Для ареста, наложенного судом или судебным приставом-исполнителем, такой датой считается дата наложения ареста, а в отношении имущества, права на которое подлежат государственной регистрации, – дата внесения в соответствующий государственный реестр записи об аресте (п. 2 ст. 8.1, п. 5 ст. 334, п. 1 ст. 342.1 ГК РФ). ——————————–

Белов В.А.

Что изменилось в Гражданском кодексе?: Практ. пособие. М.: Юрайт, 2014. С. 2.

Таким образом, лицо, в пользу которого наложен арест, при удовлетворении его требований может обратить взыскание на арестованное имущество. При этом информация об аресте должна быть доступна третьим лицам, т.е. публично залог приобретает обязательность для всех, вообще любых, лиц только после того, как он будет предан гласности.

Анализ положений российского законодательства позволяет сделать вывод о том, что лицо, в пользу которого арестовано имущество, имеет право обратить взыскание на арестованное имущество только в судебном порядке и, соответственно, путем реализации этого имущества – на публичных торгах, поскольку во всех других случаях должны существовать либо договоренности сторон (соглашение), либо специальные нормы в законодательстве (такие нормы не предусмотрены).

Реализация прав лица, в пользу которого наложен арест
на имущество, при банкротстве должника

Источник: http://www.sudmos.ru/articles/dolgi/kredit_859.html

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.