+7(499)495-49-41

Реформа третейских судов (Чистякова В.)

Новости экономики и финансов СПб, России и мира

Реформа третейских судов (Чистякова В.)

Количество третейских судов в России уменьшится в десятки раз. Повысит ли это уровень доверия к решениям оставшихся судов или сделает их совершенно неэф фективными, покажет только практика. Коммерсант

Проводимая Минюстом реформа третейского правосудия призвана очистить рынок от так называемых “карманных” судов и повысить доверие к альтернативным механизмам урегулирования хозяйственных споров. Но многие вопросы остаются нерешенными.

До недавнего времени постоянно действующий третейский суд мог создать любой желающий, достаточно было уведомить об этом государственный арбитраж.

Только в Петербурге и Ленобласти было зарегистрировано больше 200 таких судов, включая созданный при Центре творчества художников, Муниципальном фонде поддержки сельского развития и т. д. И даже Конституционный суд РФ не исключал рассмотрение судом, аффилированным с участником спора.

Например, Сбербанк навязывал корпоративным заемщикам третейский суд при АНО “Центр третейского разбирательства”, соучредителем которого является он сам.

Враги правосудия

Вступивший в силу 1 сентября 2016 года федеральный закон лишь частично решает такие вопросы. Разрешения на деятельность арбитражных учреждений, администрирующих споры, будут выдаваться правительством РФ на основе заключения независимого совета.

Хотя зависимость не исключается: тот же сбербанковский Центр третейского разбирательства может формально увеличить число учредителей до 100 и рассматривать дела того же Сбербанка.

Также нельзя исключать, что не получившие допуска на рынок квазисудебные инстанции продолжат работу как суды Ad hoc (создаваемые для рассмотрения конкретного спора), которые законом практически не регулируются.

Андрей Горленко, руководитель созданного по новым правилам Арбитражного центра, считает такие проблемы неактуальными: “Злоупотребления происходили в первую очередь из–за мимикрирующих под государственные суды — разного рода “федеральных”, “центральных”, “краевых” и иных арбитражей.

Полномочия судов Ad hoc существенно ограничены — они не вправе истребовать доказательства, рассматривать корпоративные споры и т. д. Администрирующие споры арбитражные учреждения заниматься ими не вправе — коммерциализация такой деятельности может привести к конфликту интересов”.

Правда, “тарифы” на услуги третейских судов достигают порой миллионов рублей и многократно превышают ставки госпошлины (максимум 200 тыс.). “С точки зрения стоимости третейские суды не могут конкурировать с государственными.

“Но все расходы истца взыскиваются с ответчика.

Поэтому высокие затраты еще на этапе заключения договора могут стимулировать стороны соблюдать обязательства, а в случае возникновения конфликта — прибегать к процедурам медиации и мировым соглашениям”, — полагает Андрей Горленко.

Монастырский устав

Помимо “карманных” третейских судов права разрешать споры своих членов лишатся и отраслевые объединения, при которых созданы квазисудебные структуры.

Наравне со всеми им также придется пройти “санацию”, доказать свою репутацию, собрать компетентных арбитров (в том числе находящихся в отставке государственных судей) и выполнить иные требования.

При этом создать такой институт летом этого года предложил сам Верховный суд: предварительное рассмотрение суброгационных споров между страховыми компаниями по выплате возмещения по ОСАГО планировалось поручить комиссии при Российском союзе автостраховщиков. Статус такой структуры при этом не регламентируется.

Партнер международной юридической фирмы Dentons Роман Зайцев полагает справедливым разрешить отдельным отраслевым объединениям рассматривать споры между своими членами.

“Но сегодня создание таких третейских судов будет проблематично.

С учетом жестких требований к арбитражным учреждениям узкая специализация маловероятна, и вряд ли законодатели согласятся смягчить их для тех же отраслевых объединений”, — полагает эксперт.

Специализированный суд планируется создать и для разрешения споров в сфере государственных и муниципальных контрактов. А вот вопрос о возможности рассмотрения негосударственными судами споров вокруг концессионных соглашений остается открытым.

Такая неопределенность уже помогла Смольному не возмещать ущерб партнера по проектированию Орловского тоннеля: придя к выводу, что решение третейского суда “не было основано на волеизъявлении сторон и не соответствует принципам равноправия”, Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти отказался выдавать исполнительный лист на взыскание около 5 млн из городской казны.

В международной практике отсутствует какое–то унифицированное требование относительно того, какие именно структуры могут заниматься администрированием арбитража. Как правило, действующие арбитражи создаются при ТПП, биржах, организациях и ассоциациях предпринимателей.

То есть администрирование арбитража бизнес–структурами не характерно. Для примера можно вспомнить о наиболее авторитетных и известных в мире третейских судах.

Так, Международный арбитражный суд (International Court of Arbitration) в Париже создан при Международной торговой палате.

Татьяна Терещенко

руководитель аналитического направления “Прайм Эдвайс”

Существование арбитражных учреждений в качестве предпринимательских структур, де–факто обслуживающих конкретный бизнес, неминуемо означает возникновение риска коммерческой ангажированности выносимых решений в пользу финансирующих деятельность такого суда коммерсантов.

Это несовместимо с принципом объективного и беспристрастного разрешения споров. Поэтому убеждена, что декоммерциализация этого института в России будет способствовать повышению авторитета третейского разбирательства в глазах отечественных и зарубежных бизнес–сообществ.

Мария Крюкова

юрист практики разрешения споров Rightmark Group

Подписывайтесь на канал ДП в Телеграме , чтобы первым узнавать о важных новостях экономики, бизнеса, политики и общества!
Обсуждаем новости здесь. Присоединяйтесь!

Источник: https://www.dp.ru/a/2016/11/23/Prigovor_karmannomu_pravo

«Большая стирка»: что изменится после реформы третейских судов

Реформа третейских судов (Чистякова В.)

1 сентября 2016 года получит ход третейская реформа – в этот день вступает в силу новый закон о третейском арбитраже (409-ФЗ от 29 декабря 2015 года). Он должен избавить от “судов-помоек”, повысить авторитет и востребованность добросовестных учреждений и снизить чрезмерную нагрузку на государственные суды.

 Но чиновники и юристы-консультанты готовятся к реформе уже сейчас. Достоинства и недостатки закона, а также перспективы его применения они обсудили 19 февраля в Калининграде на выездной сессии Петербургского международного юридического форума под названием “Реформа третейского разбирательства: что дальше?”.

Частных арбитражей в России всего около 1000, но в прошлом году государственные суды вынесли всего 6000 решений по делам об оспаривании третейских актов или их принудительном исполнении, начал выступление министр юстиции Александр Коновалов.

По его словам, вторая цифра дает представление о том, что реально работающих учреждений гораздо меньше, а все остальные созданы для непрозрачных “утилитарных целей”.

Это дискредитирует не только сами третейские суды, но и систему правоприменения в целом, заявил Коновалов.

Исправить такую ситуацию должна реформа третейских судов. О ее ключевых “точках” рассказал Вадим Чубаров, вице-президент Торгово-промышленной палаты (ТПП), который наряду со многими другими участниками дискуссии участвовал в подготовке законопроекта.

Во-первых, будут созданы постоянно действующие учреждения, которые займутся администрированием арбитражей, во-вторых, сохраняется и даже усиливается либеральный подход (проарбитрабельная позиция), перечислил Чубаров.

К примеру, третейские суды допустят до корпоративных споров, споров о недвижимости (правда, для внесения изменений в ЕГРП потребуется исполлист) и дел, связанных с госзаказом (после принятия специального закона).

Важно, что закон освобождает арбитров от гражданско-правовой ответственности (за исключением гражданского иска в уголовном деле) и наделяет их гражданско- и уголовно-правовым иммунитетом, рассказал Чубаров. Кроме того, по его словам, закон о международном коммерческом арбитраже привели в соответствие с правилами ЮНСИТРАЛ.

Главное сейчас – убедить бизнес в том, что пользоваться услугами третейских судов можно и нужно, заявил Владимир Лисин, член бюро правления Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП). Для этого есть немало причин.

Среди них – и усложенение споров, которые подчас требуют от судьи специальных знаний, и рост стоимости зарубежных разбирательств из-за скачка курсов валют.

Еще одну причину – загруженность государственных судов – назвал Алексей Костин, председатель Международного коммерческого арбитражного суда при ТПП:

Я жалею судей государственных судов и не хочу их критиковать. Но еще мне жалко представителей сторон, которые не могут полностью изложить по сложному спору свою позицию. “Пятнадцать минут – и до свидания”.

Но развитие третейских судов зависит, в том числе, и от этих самых участников спора, высказала мнение Елена Борисенко, первый вице-президент и член правления “Газпромбанка”, ранее занимавшая пост замминистра юстиции. Свою позицию она объяснила так:

Стороны должны быть сознательными и самостоятельно исполнять решение третейского суда. Понимаю, что это некоторый идеализм, но без него реформа останется лишь красивой инструкцией на бумаге.

Ну а государство, возможно, готово будет доверить третейским судам даже реструктуризацию в рамках банкротства – сейчас обсуждается возможность это сделать, рассказала Борисенко. По ее мнению, должно быть немного третейских судов, зато с отличной репутацией. Кроме того, работать арбитрами разрешат судьям в отставке.

Сейчас есть огромный потенциальный рынок для услуг частных арбитражей, признал Владимир Хвалей, председатель правления Российской арбитражной ассоциации: например, в Америке число подобных споров исчисляется многими сотнями тысяч.

А в России есть представление, что третейское разбирательство – это жульничество. По мнению Хвалея, чтобы это переломить, изменений в законодательстве недостаточно, важно и взаимодействие с государственными судами.

Страны с “сильными” коммерческими судами (например, лондонским) отличает то, что там судебная практика позитивно относится к их делам.

Верховный суд России, к сожалению, более закрытый, чем Высший Арбитражный, посетовал Хвалей: раньше представители последнего приходили и рассказывали о практике [отмен решений третейских судов и отказов в выдаче исполлистов].

Как рассказал замминистра юстиции Михаил Гальперин, закон о третейском арбитраже потребует принятия множества подзаконных актов, ключевым из которых станет Положение совета по совершенствованию третейского законодательства.

Этот новый орган будет не только оценивать репутацию арбитражей, но и станет экспертной площадкой по анализу правоприменения закона и его дальнейшему совершенствованию.

Совет будет состоять на 1/3 из чиновников и на 2/3 – из юристов и представителей бизнеса.

Новые правила немного ослабят зависимость арбитров от учредителей и секретариата суда, выразил надежду Гальперин. При решении вопроса, может ли учреждение продолжать свою деятельность, значение будут иметь голоса арбитров, а у каждого из них будет по три голоса.

Закон задает высокий стандарт беспристрастности: по словам Гальперина, учредителем может быть только некоммерческая организация, и на нее саму распространяются требования об отсутствии конфликта интересов (сейчас, согласно одной из точек зрения, достаточно беспристрастности арбитров). При этом конфликт интересов сам по себе не будет поводом для отмены решения, уточнила Александра Усачева, замдиректора департамента экономического законодательства Минюста.

Создаем третейский суд: новые правила

На круглом столе, посвященном новым правилам создания и работы третейских судов, вице-президент ТПП Чубаров обратил внимание, что “льготный период” нового закона будет равен году, а затем наступит “момент истины”.

По его словам, изменится само понятие третейского суда – под ним теперь надо понимать состав арбитров, а не организацию. Все документы учреждения обязательно должны быть задепонированы в Минюсте, подчеркнул Чубаров. Это касается и анкет арбитров, которые сейчас собирают не всегда.

 Что касается сторон, то им станет недостаточно классической третейской оговорки, ее текст станет более развернутым, отметил Чубаров. 

Усачева из Минюста изложила основные правила создания постоянно действующих арбитражных учреждений (ПДАУ). Некоммерческая организация должна будет получить разрешение в порядке, которое установлено постановлением Правительства (оно сейчас еще разрабатывается). Для этого НКО потребуются:

  • правила ПДАУ;
  • список арбитров;
  • подтверждение репутации самой организации;
  • подтверждение репутации учреждения-правопредшественника.

В списке должны состоять не менее 30 человек, из них как минимум 1/3 списка арбитров должны иметь ученую степень, присужденную на территории РФ, а не менее 1/2 – опыт разрешения споров 10 лет.

Один арбитр может значиться не более чем в трех списках. Они будут носить рекомендательный характер, а не обязательный, уточнила Усачева.

В то же время это правило (и шесть других) стороны могут отменить своим соглашением и договориться о других условиях.

Иностранные арбитражные учреждения тоже должны будут получить разрешение на работу ПДАУ, только критерий у них один – это репутация, рассказала Усачева. Если они решат администрировать спор в России без такого разрешения – то их решение будет иметь статус ad hoc.

Александра Варварина, вице-президента РСПП, интересовало, как формировать обязательный список арбитров третейского суда, ведь половина его членов должна иметь опыт работы по разрешению споров более 10 лет. Таким образом законодатель отсек множество ценных специалистов, заявил Варварин. Рассчитывать на судей в отставке здесь не приходится, констатировал он:

На ум приходит несколько фамилий бывших судей ВАС, которые все мы знаем, но кто кроме них? Есть много тех, кто вышел из судов общей юрисдикции по возрасту. Но тот ли это контингент, который хочет видеть бизнес?

Вопросы у Варварина вызвал и возможный метод подсчета10-летнего срока. Должен ли он быть непрерывным, или достаточно просто находиться в списках? И как его доказать, если срок хранения документов в третейских судах – 5 лет? Требования по подтверждению стажа не должны быть слишком жесткими, заявил Чубаров, – не стоит доводить их до абсурда лишь из желания избежать злоупотреблений.

Есть вопросы, которые закон не решает, например, уплата НДС с третейского сбора, признал Чубаров.

По его словам, судебная практика исходит из того, что налог не начисляется, а вот Минфин пока имеет противоположное мнение, что не стимулирует развитие третейских судов.

Кроме того, вице-президент РСПП предложил ввести уголовную ответственность за фальсификацию доказательств в третейском разбирательстве, ведь государственному суду потом поддерживать решения, вынесенные на их основе.

Третейским судам стоит иметь сложную структуру администрирования, а не единственного управленца со всеми полномочиями – это вызывает больше доверия, заявил Андрей Горленко, зампред комитета по бюджетной и налоговой политике РСПП.

Он пришел к такому выводу, изучив работу авторитетных зарубежных арбитражей. Также они имеют массу регламентов – по медиации, экспертизе и так далее. Не запрещает это и российский закон, заметил Горленко.

При необходимости можно создать отраслевые регламенты, например, для разрешения страховых споров, предложил он.

Помощь третейским судам и сторонам споров

На втором круглом столе участники форума обсудили пробелы регулирования процесса (как третейского, так и государственного) и арбитрабельность споров.

По словам Елены Уксусовой, профессора кафедры гражданского и административного судопроизводства МГЮА, реформа способствует созданию здоровой конкуренции между государственным и негосударственным правосудием, от чего потребитель услуг только выиграет.

Она остановилась на основаниях отмены решений третейского суда. Их, по сути, два: выход суда за пределы своих полномочий и нарушение публичного порядка.

Профессор обратила внимание на интересную оговорку: если публичному порядку противоречит лишь часть решения, то она и подлежит отмене (если ее можно отделить).

По словам Уксусовой, в остальном законодатель установил прямой запрет на переоценку решения третейских судов.

Чтобы им помочь, вводится институт оказания содействия со стороны государственных судов, рассказал Сергей Косоруков, партнер АБ “Резник, Гагарин и партнеры”.

В рамках этого института последние будут решать вопросы об отводе, назначении арбитров и прекращении их полномочий. Также третейские суды смогут просить помощи в истребовании доказательств.

Если нет оснований отказать (их в законе шесть), государственный суд обязан исполнить такую просьбу, рассказал Косоруков.

Закон охраняет интересы третьих лиц, которые не принимали участие в разбирательстве, но третейское решение затрагивает их интересы: они смогут его оспорить, поделился Косоруков. Еще одна новая норма борется с недобросовестными участниками дел, которые оспаривают акт третейского суда, чтобы подольше его не исполнять.

Если государственный суд вынесет решение не в их пользу, то их оппонент сможет получить исполлист в рамках этого же разбирательства.

А если одновременно ведутся два дела – об отмене третейского акта и о его принудительном исполнении, – то одно из них приостановят или оба объединят, чтобы избежать конкуренции судебных решений.

“Бизнес считает, что сложные вопросы лучше не передавать на рассмотрение третейских судов, ведь считается, что государственные суды исследуют уже решенные дела очень пристально и используют каждую возможность, чтобы отказать, – сказал партнер фирмы “ЮСТ” Александр Боломатов. – Здесь требуется позиция ВС, которая поможет серьезным компаниям изменить мнение”. И в целом – если компании доверятся третейским судам, это будет значить, что реформа удалась и закон работает, подытожил Боломатов.

ИСТОЧНИК http://pda.pravo.ru/court_report/view/126449/

Источник: http://antipytki.ru/2016/02/26/bolshaya-stirka-chto-izmenitsya-posle-reformy-tretejskih-sudov/

Реформа третейских судов

Реформа третейских судов (Чистякова В.)

Третейские суды являются важным институтом, позволяющим разрешать споры, возникающие у субъектов предпринимательской деятельности при ведении бизнеса. Однако существующее в настоящее время нормативно-правовое регулирование создания и деятельности таких судов обнаруживает ряд несовершенств.

В течение долгого времени существования третейского разбирательства выявлялись проблемы регулирования, по достижении критической массы ставшие толчком к реформированию этого судебного института. Новый порядок образования и функционирования третейских судов начнет действовать с 1 сентября 2016 года.

Причины реформирования

Основной предпосылкой к принятию нового федерального закона, регулирующего третейское разбирательство, является фактическое отсутствие независимости данного судебного органа, поскольку третейские суды в настоящее время могут создаваться при любых юридических лицах.

Так, распространенным явлением стало так называемое, создание «карманных» судов при организациях. Такой судебный орган, естественно, не может быть объективен и независим при принятии решения и рассматривает спор в пользу той стороны, при которой создан и осуществляет свою деятельность.

Этой уловкой часто пользовались банки, прописывая третейскую оговорку в заведомо невыгодных для заемщика кредитных договорах, оспорить которые в дальнейшем не представлялось возможным.

Таким образом, третейский суд стал инструментом решения споров в пользу банков и иных крупных субъектов бизнеса.

Новая терминология

Принятый закон о третейских судах прежде всего вводит новые понятия. Третейское разбирательство приравнивается к арбитражу. Данный термин может показаться непривычным для рассматриваемой сферы, поскольку в юридической практике «арбитраж» чаще всего ассоциируется с системой Арбитражных судов Российской Федерации.

Однако, не стоит считать, что новый закон уравнивает данные судебные органы. Соответственно, третейский судья получил наименование арбитра. Наибольшая понятийная путаница может возникнуть в связи с тем, что с 1 сентября то, что ранее привычно именовалось «третейским судом», будет носить название «постоянно действующего арбитражного учреждения».

Третейским же судом будет называться конкретный состав суда, рассматривающий определенное дело.

Однако использование термина «арбитраж» и производных от него в данном федеральном законе следует международным тенденциям, поскольку практически во всех странах понятие «арбитраж» используется именно в отношении негосударственных судов, какими и являются привычные нам третейские суды.

Ключевая новелла закона: порядок создания

Наиболее значительные изменения затрагивают процедуру создания постоянно действующих арбитражных учреждений. Такие учреждения будут формироваться только при некоммерческих организациях. В настоящее время третейские суды создаются при торговых палатах, организаторах торгов, общественных объединениях предпринимателей и потребителей и иных юридических лицах.

Одно арбитражное учреждение можно будет создать только при одной некоммерческой организации. Название арбитражного учреждения должно будет содержать информацию о том, при какой некоммерческой организации оно создано и функционирует.Значительно меняется сам порядок образования арбитражных учреждений.

Ранее этот порядок имел скорее уведомительный характер, в связи с чем в настоящее время действует бессчетное количество третейских судов.С сентября текущего года для начала осуществления деятельности постоянно действующим арбитражным учреждением некоммерческая организация, при которой оно создается, должна получить право на осуществление этих функций в Правительстве РФ.

В целях проверки соответствия арбитражного учреждения установленным законом требований при Правительстве РФ создается Совет по совершенствованию третейского разбирательства.Новый федеральный закон урегулировал требования, предъявляемые к некоммерческой организации, создающей арбитражное учреждение. Действующий в настоящее время закон аналогичных положений не содержит.

Так, уполномоченный орган, выдающий право на создание арбитражного учреждения, будет проверять достоверность представленных сведений о некоммерческой организации и ее учредителях.Кроме того, будет проверяться репутация некоммерческой организации, сфера и масштаб ее деятельности.

Согласно закону уполномоченный орган будут интересовать данные показатели в ракурсе возможности обеспечения высокого уровня деятельности арбитражными учреждениями, а также развития арбитража в Российской Федерации.

Однако этот критерий является довольно неопределенным, в связи с чем достаточно сложно будет заведомо предположить, достаточно ли высокий уровень реноме у некоммерческой организации, решившей создать арбитражное учреждение, и действительно ли ее целью является развитие арбитража в стране.

Также будут подлежать проверке правила, принимаемые арбитражным учреждением, и рекомендованный список арбитров, который должна вести и публиковать некоммерческая организация. Один арбитр (третейский судья) не может числиться одновременно в списках более чем трех арбитражных учреждений.Следует отметить, что новый закон разрешает быть арбитрами (третейскими судьями) только лицам, достигшим 25 лет. Кроме того, при коллегиальном рассмотрении дела хотя бы один из арбитров должен иметь высшее юридическое образование (в настоящее время юридическое образование обязан иметь только председатель).

На территории Российской Федерации также смогут создаваться иностранные арбитражные учреждения, но при условии широко признанной международной репутации.

Прекращение деятельности арбитражного учреждения

В действующем до 1 сентября законе о третейских судах отсутствуют положения, регулирующие основания и порядок прекращения деятельности третейских судов.

Новый закон восполнил эти пробелы и закрепил возможность как добровольного прекращения деятельности, так и прекращение по решению компетентного арбитражного суда при выявлении значительных нарушений.

В случае обнаружения нарушений в деятельности арбитражного учреждения уполномоченный орган должен будет вынести сначала предупреждение некоммерческой организации, при которой функционирует арбитражное учреждение.

При выявлении неоднократных либо грубых нарушений закона данное учреждение выносит предписание некоммерческой организации, согласно которому она должна принять самостоятельное решение о прекращении деятельности постоянно действующего арбитражного учреждения. В случае невыполнения этого требования орган исполнительной власти обращается в арбитражный суд, который рассматривает обращение государственного органа и решает, прекратить деятельность арбитражного учреждения или нет.

В случае добровольного прекращения деятельности постоянно действующего арбитражного учреждения решения, принятые им ранее, не подлежат отмене.

Судьба решений, принятых арбитражным учреждением, которое было принудительно ликвидировано, однозначно не урегулирована принятым законом.

Возможно, вопрос об их действительности будет решаться индивидуально, в зависимости от наличия либо отсутствия нарушений законодательства при рассмотрении этих дел и вынесении арбитражного решения.

Заключение арбитражного (третейского) соглашения

Новый закон конкретизирует процедуру заключения арбитражного (третейского) соглашения. Арбитражное соглашение, как и прежде, должно быть заключено в письменной форме путем арбитражной оговорки, содержащейся в договоре либо в виде самостоятельного документа – арбитражного соглашения.

Как и ранее, закон приравнивает к соглашению, заключенному в письменной форме, и обмен документами по различным каналам связи. Главным условием является наличие возможности определить сторону, от которой исходит документ, содержащий условие об арбитражном соглашении.

Новшеством рассматриваемой реформы является признание соблюденной письменной формы путем обмена процессуальными документами (например, исковое заявление или отзыв на него), в случае если в этих документах одна сторона сообщает о заключении арбитражного соглашения либо о наличии арбитражной оговорки, а вторая сторона не оспаривает это заявление.

Также арбитражное соглашение может быть включено в правила организованных торгов или правила клиринга. В таком случае арбитражное соглашение считается заключенным, если данные правила прошли регистрацию в соответствии с законом.Еще одной новеллой является возможность включения арбитражной оговорки в учредительные документы юридического лица (устав).

Такая арбитражная оговорка будет применяться к корпоративным спорам между участниками юридического лица и спорам самого юридического лица с другими лицами при условии наличия согласия этих других лиц на арбитраж (третейское разбирательство).

При возникновении корпоративного спора между участниками юридического лица и между участниками юридического лица и самого юридического лица без привлечения третьих лиц подтверждение согласия спорящих сторон на арбитражную оговорку не требуется.

Включение арбитражной оговорки в устав публичного акционерного общества или в устав акционерного общества с количеством акционеров, владеющих 1000 голосующих акций и более, запрещено.Решение о заключении арбитражного соглашения посредством включения его в устав юридического лица должно быть принято единогласно всеми участниками юридического лица на общем собрании.

Местом арбитража, рассматривающего корпоративные споры, может быть исключительно Российская Федерация.Если арбитражным соглашением отдельно не оговорено иное, все сделки, сопутствующие основному договору, который содержит арбитражную оговорку, также подпадают под действие арбитражной оговорки. Арбитражная оговорка, содержащаяся в договоре, распространяется и на споры, связанные с действительностью, заключением, изменением и прекращением такого договора.

Проводимая третейская реформа свидетельствует о стремлении увеличения контроля государства над третейскими судами.

Значительно измененная процедура создания арбитражных учреждений, с одной стороны, избавит субъекты бизнеса от «карманных» судов, что сделает рассмотрение споров более независимым и объективным, но, с другой стороны, в большой степени затормозит распространение независимого арбитража в Российской Федерации.

Несмотря на длительную работу над принятым законом, назвать его идеальным нельзя хотя бы по причине введения новой терминологии, которая непременно вызовет непонимание у лиц, желающих воспользоваться третейским рассмотрением спора.

адвокат Андрей Комиссаров

У вас недостаточно прав для комментирования. Пройдите регистрацию

Источник: http://law-lider.ru/index.php/blog/206-reforma-tretejskikh-sudov

1 сентября 2016 года получит ход третейская реформа – в этот день вступает в силу новый закон о третейском арбитраже (409-ФЗ от 29 декабря 2015 года). Он должен избавить от “судов-помоек”, повысить авторитет и востребованность добросовестных учреждений и снизить чрезмерную нагрузку на государственные суды.

 Но чиновники и юристы-консультанты готовятся к реформе уже сейчас. Достоинства и недостатки закона, а также перспективы его применения они обсудили 19 февраля в Калининграде на выездной сессии Петербургского международного юридического форума под названием “Реформа третейского разбирательства: что дальше?”.

Частных арбитражей в России всего около 1000, но в прошлом году государственные суды вынесли всего 6000 решений по делам об оспаривании третейских актов или их принудительном исполнении, начал выступлениеминистр юстиции Александр Коновалов.

По его словам, вторая цифра дает представление о том, что реально работающих учреждений гораздо меньше, а все остальные созданы для непрозрачных “утилитарных целей”.

Это дискредитирует не только сами третейские суды, но и систему правоприменения в целом, заявил Коновалов.

Исправить такую ситуацию должна реформа третейских судов. О ее ключевых “точках” рассказал Вадим Чубаров, вице-президент Торгово-промышленной палаты (ТПП), который наряду со многими другими участниками дискуссии участвовал в подготовке законопроекта.

Во-первых, будут созданы постоянно действующие учреждения, которые займутся администрированием арбитражей, во-вторых, сохраняется и даже усиливается либеральный подход (проарбитрабельная позиция), перечислил Чубаров.

К примеру, третейские суды допустят до корпоративных споров, споров о недвижимости (правда, для внесения изменений в ЕГРП потребуется исполлист) и дел, связанных с госзаказом (после принятия специального закона).

Важно, что закон освобождает арбитров от гражданско-правовой ответственности (за исключением гражданского иска в уголовном деле) и наделяет их гражданско- и уголовно-правовым иммунитетом, рассказал Чубаров. Кроме того, по его словам, закон о международном коммерческом арбитраже привели в соответствие с правилами ЮНСИТРАЛ.

Главное сейчас – убедить бизнес в том, что пользоваться услугами третейских судов можно и нужно, заявил Владимир Лисин, член бюро правления Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП). Для этого есть немало причин.

Среди них – и усложенение споров, которые подчас требуют от судьи специальных знаний, и рост стоимости зарубежных разбирательств из-за скачка курсов валют.

Еще одну причину – загруженность государственных судов – назвал Алексей Костин, председатель Международного коммерческого арбитражного суда при ТПП:

Я жалею судей государственных судов и не хочу их критиковать. Но еще мне жалко представителей сторон, которые не могут полностью изложить по сложному спору свою позицию. “Пятнадцать минут – и до свидания”.

Но развитие третейских судов зависит, в том числе, и от этих самых участников спора, высказала мнениеЕлена Борисенко, первый вице-президент и член правления “Газпромбанка”, ранее занимавшая пост замминистра юстиции. Свою позицию она объяснила так:

Стороны должны быть сознательными и самостоятельно исполнять решение третейского суда. Понимаю, что это некоторый идеализм, но без него реформа останется лишь красивой инструкцией на бумаге.

Ну а государство, возможно, готово будет доверить третейским судам даже реструктуризацию в рамках банкротства – сейчас обсуждается возможность это сделать, рассказала Борисенко. По ее мнению, должно быть немного третейских судов, зато с отличной репутацией. Кроме того, работать арбитрами разрешат судьям в отставке.

Сейчас есть огромный потенциальный рынок для услуг частных арбитражей, признал Владимир Хвалей, председатель правления Российской арбитражной ассоциации: например, в Америке число подобных споров исчисляется многими сотнями тысяч.

А в России есть представление, что третейское разбирательство – это жульничество. По мнению Хвалея, чтобы это переломить, изменений в законодательстве недостаточно, важно и взаимодействие с государственными судами.

Страны с “сильными” коммерческими судами (например, лондонским) отличает то, что там судебная практика позитивно относится к их делам.

Верховный суд России, к сожалению, более закрытый, чем Высший Арбитражный, посетовал Хвалей: раньше представители последнего приходили и рассказывали о практике [отмен решений третейских судов и отказов в выдаче исполлистов].

Как рассказал замминистра юстиции Михаил Гальперин, закон о третейском арбитраже потребует принятия множества подзаконных актов, ключевым из которых станет Положение совета по совершенствованию третейского законодательства.

Этот новый орган будет не только оценивать репутацию арбитражей, но и станет экспертной площадкой по анализу правоприменения закона и его дальнейшему совершенствованию.

Совет будет состоять на 1/3 из чиновников и на 2/3 – из юристов и представителей бизнеса.

Новые правила немного ослабят зависимость арбитров от учредителей и секретариата суда, выразил надежду Гальперин. При решении вопроса, может ли учреждение продолжать свою деятельность, значение будут иметь голоса арбитров, а у каждого из них будет по три голоса.

Закон задает высокий стандарт беспристрастности: по словам Гальперина, учредителем может быть только некоммерческая организация, и на нее саму распространяются требования об отсутствии конфликта интересов (сейчас, согласно одной из точек зрения, достаточно беспристрастности арбитров). При этом конфликт интересов сам по себе не будет поводом для отмены решения, уточнила Александра Усачева, замдиректора департамента экономического законодательства Минюста.

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.